Отзыв это конституционное право

Кудрявцев В.Л. Отзыв на автореферат диссертации Астратовой С.В. по теме «Конституционное право на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации»

Кудрявцев В.Л. Отзыв на автореферат диссертации Астратовой Станиславы Владимировны по теме «Конституционное право на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации», представленной на соискание учёной степени кандидата юридических наук по специальности 12.00.02 – «Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право» (Екатеринбург, 2013) // Евразийская адвокатура. 2014. № 1 (8). С. 90-93.

ОТЗЫВ НА АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ АСТРАТОВОЙ СТАНИСЛАВЫ ВЛАДИМИРОВНЫ ПО ТЕМЕ «КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО НА СУДЕБНУЮ ЗАЩИТУ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ», ПРЕДСТАВЛЕННОЙ НА СОИСКАНИЕ УЧЁНОЙ СТЕПЕНИ КАНДИДАТА ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК ПО СПЕЦИАЛЬНОСТИ 12.00.02 – «КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО; КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС; МУНИЦИПАЛЬНОЕ ПРАВО» (ЕКАТЕРИНБУРГ, 2013)

RESPONSE ON THE ABSTRACT OF THE THESIS OF ASTRATOVA STANISLAVA VLADIMIROVNA ON THE SUBJECT «CONSTITUTIONAL LAW ON JUDICIAL PROTECTION OF THE RIGHTS AND FREEDOMS OF THE PERSON AND THE CITIZEN IN THE RUSSIAN FEDERATION» PRESENTED ON COMPETITION OF THE SCIENTIFIC DEGREE OF THE CANDIDATE OF JURISPRUDENCE IN THE SPECIALTY 12.00.02 – «THE CONSTITUTIONAL LAW; CONSTITUTIONAL TRIAL; MUNICIPAL RIGHT» (EKATERINBURG, 2013)

Актуальность и значимость проведённого С.В. Астратовой диссертационного исследования обусловлена не только тем, что 12 декабря 2013 года 20 лет Конституции РФ, в которой предусмотрено, в том числе и конституционное право на судебную защиту /ст. 46/.

Но и тем, что судебная защита является действенным, эффективным и характерным для любого демократического правового государства элементом государственной защиты прав и свобод человека и гражданина.

Чем эффективнее реализуется конституционное право на судебную защиту, тем более защищён человек и гражданин в государстве.

Но такое бывает не всегда, поскольку всё ещё встречаются проблемы как на законодательном, так и правоприменительном уровне, не дающие человеку и гражданину реализовать своё конституционное право на судебную защиту в полном объёме.

И это несмотря на то, что ни законодательство, ни правоприменительная практика в сфере конституционного права на судебную защиту не стоят на месте, а постоянно совершенствуется на основе достижений различных наук и, прежде всего, науки конституционного права.

Данная наука также должна постоянно совершенствовать свои достижения в области конституционного права на судебную защиту с тем, чтобы не только отвечать реалиям жизни, но и опережать их, предлагая свои решения насущных проблем правового феномена конституционного права на судебную защиту человека и гражданина в Российской Федерации.

Именно этому и посвящена данная работа.

Актуальность и значимость тематики исследования диссертанта в определённой степени подтверждается и тем, что в декабре 2013 года на защиту выходят три, в том числе и рецензируемая, кандидатских работы по специальности 12.00.02, каждая из которых имеет право на существование, поскольку затрагивает под тем или иным углом зрения конституционное право на судебную защиту как проблему сложную, многоплановую и постоянно требующую своего решения.

Астратова С.В. Конституционное право на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации: Автореф. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2013. 23с. (защита 19 декабря 2013г.);

Мусаева Анна Гамет кызы Судопроизводство в разумный срок как гарантия конституционного права граждан на судебную защиту: Автореф. … канд. юрид. наук. М., 2013. 24с. (защита 19 декабря 2013 г.);

Аль-Мухамед Гани Зкаер Атия Конституционное право на судебную защиту и гарантии эффективной реализации в России и Республике Ирак: Автореф. … канд. юрид. наук. М., 2013. 24с. (защита 25 декабря 2013 г.).

На основании всего изложенного выше можно прийти к выводу, что исследование, посвящён­ное конституционному праву на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации актуально, значимо как для науки, так и прак­тики.

Кроме того, работа отличается и определённой новизной в силу того, что представляет собой комплексное исследование теоретических и практических аспектов конституционного права на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина с учетом истории развития его конституционно-правового регулирования и динамики развития в настоящее время.

К положительным моментам исследования следует отнести, в частно­сти, то, что:

— даётся авторское определение конституционного права на судебную защиту (с. 7, 17-18);

— указывается, что право на судебную защиту возникает и у объединений (с. 8) или и у коллективных образований (с. 16). Данный вывод диссертанта правомерен и следует из правовых позиций Конституционного Суда РФ. Так, в частности, в п.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 16.07.2004 N 15-П «По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания — Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан» отражено, что «Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статья 45, часть 2). Одним из таких способов является судебная защита, которая согласно статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации гарантируется каждому. Право на судебную защиту, как следует из данной нормы во взаимосвязи со статьей 17 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и гражданина. Равным образом оно распространяется и на организации как объединения граждан, выступая одновременно в силу статьи 18 Конституции Российской Федерации гарантией всех других принадлежащих им прав и свобод» [1].

— аргументируется необходимость совершенствования законодательства с целью установления эффективности гарантий конституционного права на судебную защиту (с. 9);

— анализируются точки зрения на содержание конституционного права на судебную защиту и делается вывод, что можно «охарактеризовать конституционного право на судебную защиту в целом как право на: обращение в суд; восстановление нарушенных и оспариваемых прав, свобод, законных интересов; рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом; быть выслушанным в суде; справедливое, публичное и компетентное разбирательство дела независимым и беспристрастным судом, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон; рассмотрение дела в разумный срок; на обжалование судебного акта в вышестоящую судебную инстанцию и исправление судебной ошибки; исполнение судебного решения» (с. 17).

И, наконец, следует признать совершено справедливым, правильным и значимым включение в диссертационное исследование в качестве структур­ных элементов содержа­ния работы, прежде всего, параграфа 2 главы 1 «Закрепление права на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина в международных актах и конституциях зарубежных стран» (с.12-13), а также параграфа 2 Главы 3 «Ограничения конституционного права на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина» (с. 19-21).

Работа в целом характеризуется внутренним единством, обусловлен­ным темой ис­следования.

В ходе проведённого исследования диссертантом были проанализиро­ваны Конституция РФ 1993 г., различные международные акты и нормы международного права, решения Европейского Суда по правам человека, решения Конституционного Суда РФ, нормативные правовые акты федерального уровня, постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, законодательство субъектов Российской Федерации, а также в работе использовались исторические источники, в том числе законодательство советского периода, а также конституции зарубежных стран.

Кроме того, соискателем были изучены труды ученых по теории права, истории государства и права, конституционному праву, международному праву, теории и истории прав человека в части, касающейся, прежде всего, судебной защиты прав и свобод человека и гражданина.

При этом применялись общенаучные (восхождение от абстрактного к конкретному, анализ, синтез, индукция, дедукция, логический, системный) и частнонаучные (формально-юридический, историко-правовой, сравнительно-правовой) методы познания.

Всё это позволяет говорить о достаточной степени обоснованности и достоверно­сти научных положений, выводов и рекомендаций, предложенных соискателем.

Вместе с тем в работе высказаны некоторые спорные суждения, в част­ности:

1. Вызывает сомнение необходимость предложения автора по совершенствованию законодательства, изложенного на с. 9 авторефе­рата, согласно которому «для обеспечения беспристрастности суда необходимо внести изменения в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, установив запрет участия в рассмотрении дела в отношении судьи, который принимал решение в ходе досудебного производства о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу либо продлении срока содержания обвиняемого под стражей».

Данное законодательное предложение противоречит последовательному ряду правовых позиций Конституционного Суда РФ.

Так, в частности, в абз. 5 п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 01.11.2007 N 800-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Самаева Андрея Васильевича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 63 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», отражено, что «Вместе с тем в Постановлении от 2 июля 1998 года N 20-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что беспристрастность и независимость суда не нарушаются вследствие того, что в ходе предшествующего производства по данному делу этим же или вышестоящим судом принимались решения по тем или иным процессуальным вопросам, не касающимся существа рассматриваемого дела и не находящимся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре или ином итоговом решении выводами о фактических обстоятельствах дела, оценке достоверности и достаточности доказательств, квалификации деяния, наказании осужденного и т.д. К числу решений, участие в вынесении которых не препятствует судье впоследствии участвовать в рассмотрении уголовного дела по существу, может быть отнесено определение (постановление) об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока ее действия, поскольку фактическую основу для такого рода решений составляют материалы, подтверждающие наличие оснований и условий для применения конкретной меры пресечения, но никак не виновность лица в совершении инкриминируемого ему преступления, подлежащая установлению в приговоре суда».

2. На с. 12 автореферата соискатель указывает, что «В отношении реформы по объединению Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ представляется, что необходимо проведение общественного обсуждения в профессиональном сообществе данной инициативы, так как ее реализация связана со значительными бюджетными расходами для государства, а также внесением изменений в Конституцию РФ».

Сегодня это уже не проблема общественного обсуждения, а в ближайшее время это будет уже свершившийся юридический факт

Закон РФ о поправке к Конституции РФ N 352924-6 «О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации» быстро прошел почти все этапы законодательного процесса, поэтому с большой долей вероятности он пройдет остальные стадии одобрения и вступит в силу в ближайшее время. В настоящее время Закон РФ о поправке к Конституции РФ одобрен Советом Федерации.

В связи с изложенным, хотелось бы услышать мне­ние диссер­танта по поводу того: будет ли объединение Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ способствовать повышению эффективности реализации конституционного права на судебную защиту? Если да, то каким образом? Если нет, то почему?

3. На с. 19 автореферата отражено, что «… практика последних лет изменилась. Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно прямо указывал на возможность ограничения конституционного права на судебную защиту в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 55 Конституции РФ».

В автореферате, к сожалению, не указываются требования, которые могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, в том числе и права на судебную защиту, осуществляемых в соответствии с ч.3 ст. 55 Конституции РФ, а также должно ли это ограничение затрагивать само существо конституционного права.

В связи с изложенным, хотелось бы задать диссертанту два вопроса, какие требования, исходя из правовых позиций Конституционного Суда РФ, могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, в том числе и права на судебную защиту, осуществляемых в соответствии с ч.3 ст. 55 Конституции РФ, а также должно ли это ограничение, исходя из правовых позиций Конституционного Суда РФ, затрагивать само существо конституционного права?

4. Вызывает сомнение правомерность включения в число законных ограничений, устанавливаемых решениями Конституционного Суда РФ, как конституционного права на судебную защиту, так и тесно связанных с ним гарантий, изложенных на с. 20 автореферата, а именно: «Ко второй – в отношении положений Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее – УПК РФ), исключающих из подсудности суда с участием присяжных заседателей уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 205 «Террористический акт», 278 «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти» и 279 «Вооруженный мятеж» Уголовного кодекса РФ, и, соответственно, передающей такие дела на рассмотрение суда в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции».

В решении Конституционного Суда РФ, о котором идёт здесь речь как раз говориться об обратном. Так, в абз. 2 п. 3.1. Постановления Конституционного Суда РФ от 19.04.2010 N 8-П «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части второй статьи 30 и части второй статьи 325 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Р.Р. Зайнагутдинова, Р.В. Кудаева, Ф.Р. Файзулина, А.Д. Хасанова, А.И. Шаваева и запросом Свердловского областного суда», указывается, что «изменение подсудности уголовных дел суду с участием присяжных заседателей не может рассматриваться как ограничение права на судебную защиту: дифференциация процессуальных форм судебной защиты обусловливается обязанностью государства обеспечивать эффективность способов правовой защиты, а не указанными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации конституционно значимыми целями охраны основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» [2].

Высказанные замечания во многом носят дискуссионный характер и не снижают в целом положительной оценки исследования.

Подготовленная работа является научно-квалификационной работой, в которой со­держится решение задачи, имеющей существенное значение для науки конституционного права, и она соответствует всем требованиям, предъ­являемым к данному виду работ /абз. 2 п. 7, п. 8 Положения о порядке при­суждения ученых степеней, утвержденного Поста­новлением Правительства РФ от 30.01.2002 года № 74 (в ред. от 20.06.2011 года)/.

Полагаю, что всё вышеизложенное, даёт основание для присуждения С.В. Астратовой учёной степени кандидата юридических наук по специальности 12.00.02 – «Конституционное право; конституционный судебный процесс; муниципальное право».

§ 1. Выборы и отзыв

1. Понятие и социальная функция выборов

В конституционном праве термином «выборы» обозначается процедура формирования государственного органа или наделения полномочиями должностного лица, осуществляемая посредством голосования управомоченных лиц при условии, что на каждый предоставляемый таким образом мандат могут претендовать в установленном порядке два или более кандидата.

Данное определение позволяет отличить выборы от других процедур формирования государственных органов и наделения полномочиями должностных лиц, в частности от назначения, производимого коллегиально путем голосования управомоченных лиц. Для назначения на каждую должность представляется обычно один кандидат, тогда как смысл выборов заключается по определению в том, чтобы выбрать одного из нескольких или даже многих кандидатов. Правда, иногда нормы конституции или закона требуют, чтобы назначение производилось из нескольких кандидатов, но это имеет место в случаях, когда назначение производится не коллегиальным, а единоличным органом, например президентом.

Посредством выборов формируются различные органы публичной власти – парламенты, главы государств, иногда правительства, судебные органы, органы местного самоуправления. Выборы широко используются для формирования органов общественных объединений, но эти выборы находятся за пределами конституционно-правового регулирования, за исключением тех немногочисленных случаев, когда отдельные виды общественных объединений выполняют публичные функции.

Выборы легитимируют власть. Через их посредство народ определяет своих представителей и наделяет их мандатом на осуществление его суверенных прав. Тем самым реализуется одно из важнейших прав человека и гражданина. Всеобщая декларация прав человека, одобренная Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций в 1948 году в ч. 3 ст. 21 установила: «Воля народа должна быть основой власти правительства; эта воля должна находить себе выражение в периодических и нефальсифицированных выборах, которые должны проводиться при всеобщем и равном избирательном праве, путем тайного голосования или же посредством других равнозначных форм, обеспечивающих свободу голосования». Здесь отражено представление мирового сообщества о выборах как средстве легитимации власти.

Правда, названная Декларация имеет лишь политическую, но не юридическую силу (если она каким-либо актом, например конституцией, не «впущена» во внутригосударственную правовую систему), однако положения Декларации были развиты в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 года, имеющем обязательную силу для государств-участников, то есть подавляющего большинства государств мира. Согласно ст. 25 этого Пакта каждый гражданин должен иметь без какой бы то ни было дискриминации и без необоснованных ограничений право и возможность: а) принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через посредство свободно выбранных представителей; в) голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, производимых на основе всеобщего и равного избирательного права при тайном голосовании и обеспечивающих свободное волеизъявление избирателей.

Такое же понимание проявилось и в региональных актах о правах человека. Первый дополнительный протокол к европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года, принятый в 1952 году, установил: «Высокие договаривающиеся стороны берут на себя обязательства по организации с разумными интервалами свободных выборов путем тайного голосования при соблюдении условий, позволяющих обеспечить свободное выражение мнения народа при выборах законодательного органа». В ст. 20 Американской декларации о правах и обязанностях человека 1948 года и ст. 23 Американской конвенции о правах человека 1969 года сказано: «1. Каждый гражданин пользуется следующими правами и возможностями: а) принимать участие в ведении государственных дел как непосредственно, так и через посредство свободно выбранных представителей; в) голосовать и быть избранным на подлинных периодических выборах, производимых на основе всеобщего и равного избирательного права при тайном голосовании, обеспечивающем свободное волеизъявление избирателей».

Орган или должностное лицо, получив в результате выборов полномочия, их осуществляет в течение установленного срока. В связи с этим встает вопрос: что лежит в основе осуществления этой власти – сам факт выборов или переданный народный суверенитет? Вряд ли, однако, правильно считать, что путем выборов народ передает избранникам свой суверенитет, как иногда пишется в литературе. Народный суверенитет неотчуждаем. Путем выборов передается лишь право на его реализацию в установленных конституцией пределах. Смысл разделения властей, как отмечалось в п. 8§ 1 гл. V, заключается в том, чтобы не допустить сосредоточения всей власти в руках одного государственного органа, пусть даже и выборного. Поэтому ни один орган, будь то парламент или всенародно избранный президент, не может считаться носителем суверенитета народа. Он лишь уполномочен осуществлять свою конституционную компетенцию, притом лишь в течение срока, на который избран.

Следует, однако, оговориться, что легитимация власти возможна не только путем выборов. Органы судебной власти формируются часто путем назначения главой государства, органы исполнительной власти – путем назначения главой государства и/или парламентом, и это не отрицает их легитимности при условии, что назначение осуществлено в соответствии с конституцией. Что же касается законодательной власти, то общепризнано, что ее легитимность обязательно должна основываться не просто на выборах, но на выборах всеобщих.

На выборах, таким образом, передаются лишь полномочия действовать от имени народа на определенный срок, по истечении которого должны быть проведены новые выборы, то есть осуществлено новое уполномочие. В результате новый состав выборного органа отразит мнения, желания, существующие среди избирательного корпуса в новый временной период. Из этих рассуждений следует другая социальная функция выборов: они служат барометром политической жизни. В процессе их проведения сталкиваются интересы различных политических сил, различные взгляды и платформы, выразителями которых являются партии и иные политические объединения. Результаты выборов дают объективную оценку степени их влияния, показывают настроения избирателей, тенденции политической жизни.

Новые выборы могут качественно изменить состав представительных органов, часть депутатского корпуса останется за их пределами, некоторые депутаты просто-напросто не захотят участвовать в борьбе и предпочтут иные жизненные ориентиры, чем занятие политикой, какое-либо должностное лицо потеряет свой пост и он достанется более удачливому конкуренту, чья личность и политическая платформа более импонируют избирателям. Иначе говоря, выборы представляют собой средство селекции политических руководителей, дают возможность гражданам передавать бразды правления тем лицам, которых они считают достойными осуществлять руководящие функции и властные полномочия, программы которых показались наиболее убедительными. Но при этом надо иметь в виду, что далеко не всегда избиратели имеют возможность выбрать между хорошим и плохим или между хорошим и лучшим. Не столь уж редко выбор приходится производить между плохим и еще худшим. Отсюда такое явление, как абсентеизм избирателей, то есть их неявка на выборы, о чем мы еще поговорим ниже в п. 1 § 2 настоящей главы.

Иногда в иностранной литературе встречаются утверждения, что избиратель свободен и полномочен только однажды – в день выборов.

В остальное время он не может влиять на дела государства (правда, в нормальном обществе он не всегда этого и хочет). Однако и день выборов не всегда и не везде – праздник народоправства. Нередко выборы являются пародией на подлинную демократию. Там, где уровень политического сознания избирателей низок, а порой отсутствует элементарная грамотность, избиратели становятся легкой добычей политически ангажированных средств массовой информации, по каналам которой часто развертывается неприкрытая демагогия, оказывается психологическое давление. Мы не говорим уже о странах с тоталитарными режимами, где избирателям вообще предлагают «выбирать» одного из одного.

Выборы бывают прямые и косвенные. Прямые, или непосредственные, выборы характеризуются тем, что вопрос об избрании решают граждане-избиратели. Прямыми выборами избираются нижние или единственные палаты парламентов (иногда и верхние), президенты в президентских и смешанных республиках и др. Для косвенных выборов характерно, что вопрос об избрании решают не граждане, а избранные ими лица – выборщики, депутаты и пр. Косвенными выборами часто избираются верхние палаты парламентов, иногда президенты, правительства, судьи и др. Косвенные выборы могут иметь две, три и более степеней.

В советской, да и в позднейшей, литературе иногда можно встретить несколько иную терминологию: различаются выборы прямые и непрямые. Последние же делятся на косвенные, производимые специально выбранными выборщиками (например, так избирается Президент США), и многостепенные, при которых вышестоящие органы избираются нижестоящими (например, в Австрии Федеральный совет – верхняя палата парламента избирается парламентами земель)*. Однако здесь возникает вопрос: как назвать выборы, которые сочетают то и другое либо вообще не подходят под данные конструкции, будучи, однако, непрямыми?

* См., например: Арановский К.В. Государственное право зарубежных стран. Учебник для вузов. М.: Форум – Инфра. М, 1998. С. 300–301; Чиркин В.Е. Конституционное право зарубежных стран. Учебник. М.: Юристъ, 1999. С. 199–200. Примечательно, что оба автора, утверждая различие между косвенными и многостепенными выборами, понимают это различие не совсем одинаково.

Например, французский Сенат (верхняя палата Парламента) избирается по средним единицам территориального деления – департаментам коллегией в составе избранных в департаменте депутатов Национального собрания и членов регионального совета (региона, в состав которого входит данный департамент), всех членов генерального совета департамента (представительного органа департаментского самоуправления), представителей от муниципальных советов данного департамента. Последняя, наиболее многочисленная, категория членов коллегии сама, таким образом, избрана двустепенными выборами, а сенаторы избираются, следовательно, дву- и трехстепенными выборами. Если выборы через посредство членов органов местного самоуправления можно по данной терминологии с какими-то натяжками считать многостепенными выборами, то участие в них депутатов Национального собрания – органа, стоящего на том же уровне управления, что и Сенат, под эту категорию никак не подходит. Не могут депутаты рассматриваться и как выборщики, ибо основная их функция – другая. Получается, что даже косвенными по данной терминологии эти выборы не могут быть названы.

Вообще-то «косвенные» – антоним «прямых» и синоним «непрямых». Конечно, в научном языке слова, будучи использованы как термины, могут приобретать специфические значения и расщепляться, но излагаемое в нашей литературе разграничение между косвенными и многостепенными выборами не представляется целесообразным, поскольку, как мы видели, есть случаи, не подпадающие ни под один ни под другой термин. Пример с порядком формирования французского Сената показывает, что споры о терминах – занятие малопродуктивное. Важно лишь с самого начала всегда давать понять, что имеется в виду, когда употребляется тот или иной термин, в понимании которого встречаются расхождения.

Выборы бывают также всеобщими (общими) и частичными. Всеобщие выборы имеют место в случаях, когда в них призваны участвовать все избиратели страны (например, выборы нижней или единственной, реже – верхней, палаты парламента, выборы президента). Частичные выборы проводятся, когда необходимо пополнить состав палаты парламента из-за досрочного выбытия отдельных депутатов (иногда такие выборы именуются дополнительными) или ротации части депутатов, если палата обновляется по частям.

Кроме того, выборы бывают национальными, когда проводятся по всей стране, и региональными, местными (локальными), посредством которых избираются органы местного самоуправления. Последние иногда называются административными (местное самоуправление во многих странах – предмет регулирования административным правом) в отличие от политических выборов, посредством которых избираются общегосударственные органы власти. В некоторых странах существуют специфические названия выборов в органы местного самоуправления. Например, во Франции выборы в генеральные советы департаментов называются кантональными, так как избирательными округами при этих выборах служат кантоны – исторические единицы, не имеющие своих органов управления или самоуправления.

Если результат выборов устанавливается после однократного голосования избирателей, считается, что они проводятся в один тур, а если для этого может потребоваться два или более голосований, то соответственно – в два тура или более. Второй и последующие туры иногда называются повторными выборами или повторным голосованием.

Если выборы не состоялись или признаны недействительными, то проводятся новые выборы.

Выборы, наконец, бывают очередные и внеочередные. Обычно такое деление относится к парламентским выборам. Очередные выборы проводятся либо в сроки, указанные в конституции или в законе, либо назначаются в связи с истечением срока полномочий парламента. Внеочередные выборы назначаются в случае досрочного роспуска парламента или палаты.

3. Периодичность выборов

Поскольку периодичность выборов определяется сроком полномочий выборных органов, очевидно, что речь может идти о периодичности главным образом всеобщих или региональных (местных) выборов. В тех же случаях, когда представительный орган (палата) обновляется по частям, может существовать периодичность частичных выборов. Периодичность выборов позволяет избирателям регулярно обновлять состав выборных органов, подтверждая доверие выборным лицам или отказывая в нем. Это побуждает выборных лиц и политические объединения считаться с интересами и настроениями избирателей, поддерживать с ними постоянную связь, убеждать их в правильности своего политического курса или в своей способности должным образом скорректировать его и т. д.

Продолжительность срока полномочий выборного органа имеет важное значение, и определить ее оптимальным образом не всегда легко. Срок полномочий парламентов обычно составляет 4–5 лет, президентов – 5–7 лет.

Короткий срок полномочий позволяет точнее отражать в составе выборного органа сиюминутные предпочтения и настроения избирательного корпуса, однако не дает возможности выборным лицам в полной мере проявиться, выполнить все намеченное. Например, срок полномочий Палаты представителей Конгресса (парламента) США– два года. Он самый короткий или один из самых коротких в мире. В американской юридической литературе неоднократно указывалось на его недостаточность: новым конгрессменам нужно какое-то время, чтобы освоиться, а там вскоре пора уже готовиться к очередным выборам. Правда, американская практика продемонстрировала и возможности компенсации этого недостатка. Непродолжительность срока уравновешивается значительной частотой переизбрания, превышающей 80 % от выборов к выборам. Этим фактором обеспечивается длительное постоянство состава Палаты представителей и Сената. Некоторое время тому назад Республиканская партия предлагала внести поправку в Конституцию, ограничивавшую число переизбраний. С другой стороны, Верховный суд США 21 мая 1995 г. вынес решение о неконституционности закона одного из штатов, установившего такое ограничение.

Мы уже приводили пример Филиппин, где существует ограничение переизбраний в парламент, но это все же – исключение из правила. Чаще всего ограничение переизбрания применяется к президентам (обычно запрещается занимать должность в течение более двух сроков подряд или вообще двух сроков). В США, начиная с первого Президента Джорджа Вашингтона, установился обычай избирать одно лицо Президентом не более, чем на два срока. Однако Президент Франклин Делано Рузвельт нарушил этот обычай и избирался четыре раза подряд (в 1932, 1936, 1940 и 1944 гг.), после чего была принята XXII поправка к Конституции США, которая вступила в силу в 1951 году и запретила избирать одно лицо Президентом более двух раз.

Что касается продолжительного срока полномочий, то он может приводить к отрыву выборных от избирательного корпуса, его потребностей, желаний.

Короткие сроки полномочий предпочтительны в периоды бурных общественных преобразований, когда настроения избирателей нестабильны, политические силы находятся в процессе формирования и соотношение этих сил меняется часто. Не случайно, например, в некоторых восточноевропейских странах (Румыния, Чехо-Словакия) срок полномочий первых парламентов, избранных после падения коммунистических режимов, оказался кратким, не превысив двух лет.

По общему правилу лишь немногие парламенты могут продлевать срок своих полномочий. Так, канадская Палата общин может продлить этот срок только в случае национального кризиса и голосами 2/3 своих членов. В Финляндии, Италии, Великобритании продление срока полномочий возможно законом лишь во время войны. Что касается досрочного прекращения полномочий, влекущего внеочередные выборы, то в дуалистических и парламентарных монархиях, парламентарных и смешанных республиках допускается роспуск парламента или нижней палаты главой государства.

Возможность самороспуска обычно не предусматривается, хотя бывают и исключения. Например, согласно ч. 3 ст. 98 Конституции Республики Польша 1997 года Сейм может не менее чем 2/3 голосов законного числа своих членов сократить срок своих полномочий и тем самым срок полномочий Сената, который сам аналогичного права не имеет.

В президентских республиках парламент не может ни продлевать, ни сокращать срок своих полномочий, он не может быть распущен и президентом, и выборы проводятся регулярно. Например, в 1944 году в США были проведены всеобщие выборы несмотря на то, что страна участвовала во Второй мировой войне. Правда, трудно сказать, как бы решалась эта проблема, если бы военные действия велись на территории США. К этому вопросу мы еще вернемся ниже – в п. 1 § 3 гл. VIII.

В отношении президентов конституции обычно ничего не говорят о продлении срока полномочий, но возможности сокращения этого срока, как правило, предусматривают, в чем мы убедимся ниже при рассмотрении конституционно-правового статуса главы государства (п. 5 § 1 гл. IX).

4. Избирательная система

Этот термин используется в литературе в двух значениях – широком и узком.

В широком смысле избирательная система – это упорядоченные общественные отношения, составляющие порядок выборов органов публичной власти. В основе своей эта система регулируется конституционным правом, но не сводится только к конституционным правоотношениям. Она. регулируется и неправовыми нормами – корпоративными нормами общественных объединений, участвующих в выборах (прежде всего уставами и другими документами политических партий), обычаями и традициями, нормами политической морали, этики и др. На практике существуют также связанные с выборами общественные отношения, которые вообще никакими нормами не регулируются и складываются каждый раз по-разному, но они в избирательную систему не входят.

Чаще, однако, термин «избирательная система» употребляется в узком смысле – как способ распределения депутатских мандатов между кандидатами в зависимости от результатов голосования избирателей или других управомоченных лиц. Избирательной системе в этом смысле посвящен § 4 настоящей главы.

5. Избирательное право

Этот термин также имеет в литературе два значения – объективное и субъективное.

Объективное избирательное право – это система правовых норм, регулирующих общественные отношения, связанные с выборами органов государства и местного самоуправления. Это один из институтов конституционного права, хотя включает и отдельные нормы других отраслей права – трудового, гражданского, административного, уголовного, судебно-процессуального. Такие нормы можно назвать поливалентными, ибо они одновременно относятся к двум или более отраслям права. В качестве примера можно назвать статьи уголовного кодекса, устанавливающие составы преступлений, образуемые нарушением норм избирательного права. В зарубежном праве можно также найти случаи обратного характера, когда уголовно-правовые санкции устанавливаются нормами избирательного права. Например, во французском Избирательном кодексе содержится широкая гамма уголовно-правовых норм. Последние предусматривают весьма разнообразные составы преступлений и проступков, возможных в избирательном процессе. В Кодексе санкциям отведена целая глава (ст. L.86– L. 117), а кроме того, подобные нормы встречаются и в единичном порядке.

Объективное избирательное право регулирует, следовательно, избирательную систему в широком смысле, хотя, как только что отмечалось, и не во всем ее объеме. Обычно предметом избирательного права считаются связанные с выборами общественные отношения, в которых прямо или косвенно участвуют граждане. Избирательно-правовые нормы бывают материальные и процессуальные; последние составляют подавляющее большинство норм данной группы.

Систему источников избирательного права составляют все источники конституционного права, в которых содержатся избирательно-правовые нормы. Особое место здесь принадлежит специальным избирательным законам, которые иногда имеют форму кодексов (например, во Франции, а фактически и в Испании).

Субъективное избирательное право – это гарантированная гражданину государством возможность участвовать в выборах государственных органов и органов местного самоуправления. Оно представляет собой комплекс конкретных прав лица, среди которых особо следует выделить активное и пассивное избирательное право, о чем уже шла речь выше – в п. 2 § 4 гл. III – в связи с политическими правами человека и гражданина и на чем мы еще остановимся ниже – в следующем параграфе.

Этот институт противоположен выборам. Если посредством выборов лицо наделяется мандатом, совокупностью вытекающих из него специальных полномочий и специальной ответственностью, то отзыв означает досрочное лишение мандата по воле тех, кто правомочен наделять данным мандатом, избирая в определенный орган или на соответствующую должность.

От отзыва следует отличать как отставку выборного лица, так и досрочное лишение его мандата тем коллегиальным органом, в состав которого он входит (например, палатой парламента). Отставка отличается от отзыва тем, что выборное лицо прекращает свой мандат по своей воле. Во втором случае отличие заключается в том, что лишение мандата производит выборный орган, а не непосредственно избиратели или другие лица, управомоченные на избрание.

Отзыв характерен для конституционного и избирательного законодательства социалистических стран, где обычно устанавливается, хотя и чисто формально, принцип ответственности выборных перед избирающими (см., в частности, в п. 1 § 3 следующей главы вопрос о свободном и императивном мандате депутата). Но на практике отзыв обычно не реализовывался то по причине отсутствия закона, регулирующего порядок отзыва (в СССР, например, такой закон отсутствовал с 1936, когда сталинская Конституция предусмотрела институт отзыва, по 1959 г.), то по причине сложности процедуры. Впрочем, главная причина заключается в том, что, как мы уже не раз отмечали, все вопросы государственной жизни в социалистических странах предрешаются верхушкой аппарата коммунистической партии, которая не желает выносить на суд избирателей судьбу проштрафившихся депутатов и тем более не желает разрешать избирателям самим привлекать депутатов к ответственности. Соответствующие конституционно-правовые положения призваны, с одной стороны, показывать «преимущества социалистической демократии», а с другой – предупреждать депутатов, что в случае непослушания на них найдется законная управа.

Вот как, например, регулируется отзыв депутатов Законом о выборах во Всекитайское собрание народных представителей и в местные собрания народных представителей Китайской Народной Республики 1982 года. Согласно этому закону отзыв депутатов, непосредственно избранных населением, производится большинством голосов избирателей соответствующего избирательного округа. Отзыв депутатов, избранных собраниями народных представителей различных ступеней, производится в период между сессиями собраний большинством голосов членов их постоянных комитетов (во время сессий, очевидно, самими собраниями). Отзываемый депутат может присутствовать на соответствующем заседании или выразить свое мнение в письменной форме. Решение об отзыве доводится до сведения постоянного комитета собрания народных представителей вышестоящей ступени. Любой гражданин или любая избирательная единица могут выдвинуть требования об отзыве депутата, нарушившего закон или дисциплину либо грубо пренебрегающего своими обязанностями. Требование выдвигается перед постоянным комитетом собрания народных представителей, который своевременно организует проверку и заслушивает соответствующего депутата. После проверки достоверности выдвинутых против депутата обвинений вопрос передается в избирательный округ или избирательную единицу, от которых он избран, для его отзыва.

Мы привели текст закона почти дословно; из него видно, что законодатель мало беспокоился о том, чтобы тщательно урегулировать данную процедуру и дать ответ на могущие возникнуть вопросы, а их возникает немало. Например, как производится отзыв депутатов низовых собраний, в которых не создаются постоянные комитеты? Как быть, если, по мнению постоянного комитета, обвинение против депутата необоснованно? Если бы изложенные нормы действительно реализовывались, то депутату, у которого среди избирателей есть недруги, работать было бы невозможно: каждый из них по очереди требовал бы отзыва, и руководству собрания только было бы и дела, что проверять обвинения, а избирателям – голосовать. Такого рода нормы могут существовать только тогда, когда не применяются.

В демократических странах институт отзыва обычно отсутствует: считается, что нерадивого депутата можно просто не избрать на следующих выборах. Если же выборы производятся по партийным спискам кандидатов, когда избирательные округа очень велики, то отзыв затруднителен и технически, во всяком случае стоит весьма дорого. Впрочем, в Японии, в некоторых штатах США и отдельных других странах мы встречаем институт отзыва преимущественно на местном уровне. В США отзыв выборных должностных лиц впервые был применен в Лос-Анджелесе в 1903 году, а штат Орегон оказался первым, включившим этот институт в свою Конституцию 1887 года в 1906 году. В настоящее время отзыв выборных должностных лиц предусмотрен в законодательстве более трети штатов, а также федерального округа Колумбия и некоторых островных территорий (всего в 21 единице). Из названного числа в 6 штатах возможен отзыв всех выборных должностных лиц, еще в 6 – всех должностных лиц, за исключением входящих в судебную власть, в Южной Дакоте и Орегоне – всех должностных лиц, за исключением членов Конгресса США. Для применения процедуры отзыва требуется разное число подписей: например, 25 % от числа поданных голосов на последних выборах соответствующего должностного лица (Аляска, Алабама, Колорадо, Вашингтон, Висконсин) либо 12 % от этого числа (Калифорния). В Канзасе требуются 40 % от числа поданных голосов на последних выборах губернатора штата, в Мичигане и Миннесоте – 25 % от этого числа*. Применяется отзыв в США нечасто из-за процедурных трудностей (подписи необходимо собрать в короткий срок в нотариально удостоверенной форме), а также из-за того, что в случае отклонения избирателями предложения об отзыве на инициаторов голосования возлагается возмещение расходов по его проведению.

* См.: The Book of the States, 1998–1999. Lexington, 1998, vol. 32, p. 222–225.

В Австрийской Республике Федеральный конституционный закон 1920 года в редакции 1929 года предусмотрел возможность отзыва Федерального президента. Согласно ч. 6 ст. 60 этого закона «до истечения срока своих полномочий Федеральный президент может быть смещен с должности на основании народного голосования. Народное голосование должно быть проведено, если этого потребует Федеральное собрание (совместное заседание законодательных палат. – Авт.). Федеральное собрание созывается для этой цели Федеральным канцлером (главой правительства. – Авт.), если Национальный совет (нижняя палата. – Авт.) примет такое решение. Для принятия решения Национальным советом необходимо присутствие не менее половины членов и большинство в 2/3 поданных голосов. Такое решение Национального совета препятствует дальнейшему исполнению Федеральным президентом его обязанностей. Отклонение на основании народного голосования предложения о смещении Федерального президента с его должности считается его новым избранием и влечет за собой роспуск Национального совета. » На практике этот институт не применялся. Отзыв Президента был предусмотрен Веймарской конституцией Германии 1919 года, но также не был применен.

Отзыв дает возможность избирателям непосредственно лишать должностей лиц некомпетентных, безответственных, нечестных, однако при этом нельзя исключать и неоправданного политического воздействия на выборных должностных лиц, которым при постоянных угрозах отзыва довольно затруднительно исполнять свои обязанности должным образом.