Таким образом адвокат

Таким образом адвокат

адвокат Адвокатской палаты Санкт-Петербурга,

кандидат юридических наук, доцент

ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ АДВОКАТА ПЕРЕД ЛИЦОМ, ЗАКЛЮЧИВШИМ СОГЛАШЕНИЕ НА ЗАЩИТУ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ ИНОГО ЛИЦА

К сожалению, в практике работы по уголовным делам возникают конфликты с доверителем по соглашению. Правильное решение такого конфликта является обязанность адвоката в тех случаях, если адвокатом не установлено, что доверитель фактически действует против интересов подзащитного. Так, например, по уголовному делу в отношение Г. возникла ситуация: адвокат заключил с родственниками лица типовое представленное на сайте Адвокатской палаты субъекта федерации соглашение на оказание конкретному лицу юридической помощи в виде его защиты по уголовному делу в стадии предварительного следствия. Предмет соглашение сформулирован в следующей форме: адвокат осуществляет защиту указанного доверителем лица в стадии предварительного следствия по конкретному уголовному делу в конкретном следственном органе. Доверители (родственники) подзащитного обратились к адвокату с настоятельной просьбой передавать им копии всех документов по уголовному делу, которыми адвокат обладает в результате исполнения им своих обязанностей защитника ст. 53 УПК РФ, вытекающих из заключенного с родственниками защищаемого лица договора, а также копии ходатайств, запросов, ответов на обращения адвоката и любые иные материалы, а также предоставлять отчет о проведенной работе в качестве защитника, в т.ч. в детализированном виде, т.е. с раскрытием тактики работы защитника и с обязательным пояснениями избранной защитником тактики. Правомерна ли вышеизложенная просьба доверителей (родственников) защищаемого лица? Будет ли являться нарушением норм адвокатской этики и обязанностей адвоката, если адвокат без согласия подзащитного станет передавать его родственникам все материалы адвокатского досье, в т.ч. и те, с которыми он еще не ознакомил подзащитного?

Полагаем, что для обозначенного вопроса необходимо учесть положения ч. 1 ст. 49 – защитник осуществляет защиту подозреваемого или обвиняемого, ч. 1 ст. 50 – защитник приглашается иными лицами с согласия подозреваемого или обвиняемого, ст. 53 УПК РФ – полномочия защитника, п. (1) ч. 1 ст. 7 – обязанность честно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя, ст. 8 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» — адвокатская тайна, а также ст.ст. 5, 6, 6.1, 8, 9 Кодекса профессиональной этики адвоката. При этом нельзя не видеть, что ч. 1 ст. 6.1 Кодекса профессиональной этики адвоката под доверителем подразумевает как лицо, заключившее с адвокатом соглашение об оказании юридической помощи, так и лицо, которому адвокатом оказывается юридическая помощь на основании соглашения, заключенного иным лицом.

В обозначенном нами примере перед осуществляющим защиту Г. адвокатом, встал вопрос о приоритете в интересах его защитного и интересов доверителя по соглашению. В этой связи встал вопрос о природе соглашения адвоката с иным лицом на оказание адвоката иному лицу, указанному в соглашение, т.е. перед кем фактически адвокат несет обязанности по сохранению адвокатской тайны и по оказанию помощи в выработке тактики стороны защиты, т.е. по отношению к кому фактически – к доверителю по соглашению или к подзащитному – адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам в смысле ч. 1 ст. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».

В литературе вопрос о природе соглашения адвоката об оказании юридической помощи при защите по уголовным делам обсуждался неоднократно. В качестве эмпирической базы проведенного нами исследования мы провели опрос 32 адвокатов, 6 доверителей, заключавших соглашения на оказание юридической помощи иным лицам по уголовным делам, 7 следователей различных следственных органов.

Мнения адвокатов относительно природы соглашения об оказании юридической помощи иному лицу по уголовному делу разделились следующим образом: 43% — соглашение в пользу третьего лица (ст. 430 ГК), 38% — отраслевое соглашение (ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»); 14% — договор – поручение; 5% — договор оказания услуг. В этой связи закономерным выглядит и распределение ответов респондентов относительно обязанностей адвоката предоставлять материалы адвокатского производства заключившему соглашение на защиту иного лица родственнику или связи подзащитного:

Адвокат обязан предоставлять все материалы адвокатского производства доверителям по соглашению, независимо от волеизъявления своего подзащитного

Публикации

Верховный суд РФ разрешил адвокатам участвовать в административных делах на основании доверенности от клиента. Высшая инстанция напомнила судам, что они обязаны допускать в процесс защитника, если привлекаемый к ответственности хочет получить профессиональную юридическую помощь.

Кодекс об административных правонарушениях не регламентирует порядок оформления полномочий представителя и суды не вправе отказывать адвокату в допуске к делу, когда он предъявляет ордер или доверенность от подзащитного. В противном случае, суды нарушают конституционное право на получение юридической помощи и судебную защиту, отмечает ВС РФ.

Суть жалобы

Водителя лишили права управлять транспортом на 1,5 года и оштрафовали на 30 тысяч рублей за отказ проходить медицинское освидетельствование (статья 12.26 КоАП РФ). Автолюбитель не согласился с решением, но захотел, чтобы дальше его интересы защищал уже профессионал и обратился за помощью к адвокату.

Защитник обжаловал решение в областном суде, однако тот отказался принять ее к производству.

Адвокат, при попытке оспорить административное наказание, представил суду доверенность от клиента, в соответствии с которой он уполномочен представлять интересы и вести дела доверителя, в том числе и административные, во всех судебных учреждениях со всеми правами, предоставленными, в том числе, правонарушителю.

Кроме того, в этой доверенности водитель разрешил защитнику расписываться за него и выполнять все прочие действия и формальности, связанные с данным поручением.

Однако судья Самарского областного суда пришел к выводу о том, что доверенность не оформлена надлежащим образом, а именно: адвокату не предоставлено право на подписание и подачу жалоб на постановление по делу об административном правонарушении. Заместитель председателя Самарского областного суда с данными выводами судьи согласился.

Апелляцию же самого водителя суд оставил без удовлетворения.

По мнению ВС РФ, решения судьи и заместителя председателя Самарского областного суда обоснованными не являются и принятые ими судебные акты законными признать нельзя.

Право на юридическую помощь

Статья 48 Конституции РФ гарантирует право каждого на получение квалифицированной юридической помощи и право пользоваться помощью защитника.

Это право служит гарантией осуществления других закрепленных в Конституции возможностей: на получение квалифицированной юридической помощи, на защиту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом, на судебную защиту, на разбирательство дела судом на основе состязательности и равноправия сторон — и находится во взаимосвязи с ними, напоминает ВС.

«Анализ статей 55, 71 и 76 Конституции свидетельствует о том, что законодатель вправе конкретизировать содержание права на получение квалифицированной юридической помощи и права пользоваться помощью защитника и устанавливать правовые механизмы его осуществления, условия и порядок реализации, не допуская при этом искажения существа данного права, самой его сути, и введения таких его ограничений, которые не согласовывались бы с конституционно значимыми целями», напоминается в определении.

В нем указано, что судебный порядок рассмотрения дел об административных правонарушениях подразумевает обязательное создание судом условий, необходимых для реализации права на защиту привлекаемого к ответственности.

«Из системного толкования части 1 статьи 25.1 и частей 1, 2 статьи 25.5 КоАП следует, что в целях реализации гарантий права на получение юридической помощи в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, в качестве которого допускается адвокат или иное лицо», — поясняет ВС.

Он отмечает, что если привлекаемый к административной ответственности изъявит желание иметь защитника, то адвокат должен быть допущен к делу на основании ордера или доверенности.

«Поскольку КоАП не регулирует вопрос о том, каким образом должны быть оформлены полномочия защитника на участие в деле об административном правонарушении, данный вопрос может быть решен применительно к положениям частей 2 и 6 статьи 53 ГПК РФ, в которых закреплен порядок оформления полномочий представителя. Соответствующие разъяснения содержит пункт 8 постановления пленума Верховного суда от 24 марта 2005 года №5», — напоминает высшая инстанция.

Согласно доверенности в спорном случае, адвокат имел право на обжалование решений суда в отношении водителя, а также ему было позволено подписывать документы от имени автолюбителя.

Полномочия, предоставленные адвокату этой доверенностью, согласуются с объемом прав, которыми в соответствии с КоАП РФ наделены как лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, так и защитник, указывает ВС РФ.

Таким образом, отказываясь принимать жалобу адвоката, суды необоснованно отказали его клиенту в реализации конституционного права на получение юридической помощи, а также на судебную защиту.

Таким образом, пришла к выводу высшая инстанция, суды не выполнили обязательное условие о всестороннем, полном и объективном рассмотрении дела.

«Ввиду нарушения судами вышеприведенных норм лицо, привлекаемое к административной ответственности, было лишено права на получение юридической помощи и судебную защиту, поэтому последующее постановление заместителя председателя Самарского областного суда не может быть признано законным и подлежит отмене», — говорится в определении.

Дело вернули в областной суд для рассмотрения по существу жалобы адвоката автолюбителя.

Федеральная палата адвокатов

Адвокат занималась запрещенными видами деятельности

17 октября 2007 г. в Адвокатскую палату г. Москвы поступило сообщение Заместителя руководителя Управления Федеральной налоговой службы по г. Москвы в отношении адвоката К. (по результатам рассмотрения поступившего в Управление заявления Администрации В. района Тверской области от 14.08.2007 г.). В сообщении указывается, что согласно базе данных единого государственного реестра налогоплательщиков гражданка К. является:

— учредителем и членом коллегии адвокатов г. Москвы «Г. п.»,
— учредителем и руководителем ООО Производственный комплекс «М.-С.» (г. Москва), ЗАО «Агентство «Мегаполис-Сервис» (г. Москва), Регионального общественного фонда содействия жилищным программам (г. Москва),
— учредителем и главным бухгалтером ООО Управляющая компания «М.-С.» (г. Москва),
— главным бухгалтером ООО Производственный комплекс «М.» (г. Москва).

Гр. К. состоит на учете в Инспекции ФНС России по г. Москве в качестве индивидуального предпринимателя, применяющего упрощенную системы налогообложения; с 14.07.2004 г. ею были представлены налоговые декларации по единому налогу за 2004-2006 годы, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения; в федеральной базе данных имеются сведения о доходах, полученных гр. К. в следующих организациях: ЮК № 38 Юридического бюро «Г. п.» (2002 год), ЗАО «Агентство «М.-С.» (2003 год), Коллегия адвокатов г. Москвы «Г. п.» (2004-2006).

С учетом изложенного автор сообщения считает, что в деятельности адвоката К. нарушены положения ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», и просит принять в отношении адвокаты меры.
…Адвокат К. в своих письменных объяснениях от 24 января 2008 г. указала, что она имеет статус адвоката с 1999 г., действительно числится учредителем всех организаций, перечисленных в письме УФНС по г. Москве, однако данные организации в период действия Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» хозяйственной деятельности не вели и доходов не получали; таким образом, адвокат от этих организаций доходов (оплаты) не получала. Адвокат считает, что заявление Администрации В. района Тверской области от 14.08.2007 г. № 586-О в отношении адвоката К. в адрес УФНС по г. Москве было вызвано результатами ее адвокатской деятельности в интересах ООО «Б. к.», в результате которой было возбуждено уголовное дело против преступной группировки, в которую входили нынешние сотрудники этой Администрации.

…Изучив письменные материалы дисциплинарного производства, обсудив доводы представления Вице-президента Адвокатской палаты г. Москвы от 17 октября 2007 г., сообщения Заместителя руководителя Управления Федеральной налоговой службы по г. Москвы П. от 10 октября 2007 г., Квалификационная комиссия, проведя голосование именными бюллетенями, пришла к следующим выводам.
Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката (пп. 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»). За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (п. 2 ст. 7 названного Закона).

Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам. Адвокат не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности, а также занимать государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, должности государственной службы и муниципальные должности. Адвокат вправе совмещать адвокатскую деятельность с работой в качестве руководителя адвокатского образования, а также с работой на выборных должностях в адвокатской палате субъекта Российской Федерации Федеральной палате адвокатов Российской Федерации, общероссийских и международных общественных объединениях адвокатов (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Адвокат вправе совмещать адвокатскую деятельность с работой в качестве руководителя адвокатского образования и с работой на выборных должностях в адвокатской палате субъекта Российской Федерации или Федеральной палате адвокатов.

Адвокат также не вправе:
— заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг;
— вне рамок адвокатской деятельности оказывать юридические услуги либо участвовать в организациях, оказывающих юридические услуги;
— принимать поручение на выполнение функций органов управления доверителя – юридического лица по распоряжению имуществом и правами последнего. Возложение указанных функций на работников адвокатских образований также не допускается.

Выполнение профессиональных обязанностей по принятым поручениям должно иметь для адвоката приоритетное значение над иной деятельностью.
Осуществление адвокатом иной деятельности не должно порочить честь и достоинство адвоката или наносить ущерб авторитету адвокатуры (п. 2-4 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Таким образом, адвокату, с учетом приведенных положений Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката, не запрещается быть учредителем хозяйственных обществ и товариществ. Однако адвокат не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника (например, руководителя или главного бухгалтера организации), а также заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг.
Из представленных документов усматривается, что гражданка К., имя статус адвоката, одновременно является руководителем ООО Производственный комплекс «М.-С.», ЗАО «Агентство «М.-С.», Регионального общественного фонда содействия жилищным программам, а также главным бухгалтером ООО Управляющая компания «М.-С.» и ООО Производственный комплекс «М.».

Одновременно из объяснений адвоката К. усматривается, что перечисленные организации в период действия Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» хозяйственной деятельности не вели и доходов не получали, и, таким образом, адвокат от этих организаций доходов (оплаты) также не получала.
При рассмотрении дисциплинарного производства, носящего публично-правовой характер, Квалификационная комиссия исходит из презумпции добросовестности адвоката, обязанность опровержения которой возложена на заявителя (участника дисциплинарного производства, требующего привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности), который должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований.

Однако заявителем не представлено доказательств, опровергающих в рассматриваемой части объяснения адвоката К. Наличие же в федеральной базе данных на К. сведений о том, что в 2004-2006 годах она получала доходы только в Коллегии адвокатов г. Москвы «Г. п.», наоборот, подтверждает достоверность данных адвокатом К. объяснений.
Квалификационная комиссия отмечает, что поскольку адвокат не является государственным или муниципальным служащим, то для него формальное занятие должности руководителя или главного бухгалтера в организации, которая никакой хозяйственной деятельности не осуществляет, не может считаться во всех случаях несовместимым со статусом адвоката. Следует иметь в виду, что установленный для адвоката запрет вступать в трудовые отношения в качестве работника, заниматься иной оплачиваемой деятельностью в форме непосредственного (личного) участия в процессе реализации товаров, выполнения работ или оказания услуг имеет свой целью предупредить потенциальную возможность возникновения ситуаций, когда осуществление адвокатом иной деятельности будет порочить честь и достоинство адвоката или наносить ущерб авторитету адвокатуры (см. п. 4 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Поскольку перечисленные в сообщении заявителя организации хозяйственной деятельности не осуществляют, то нет оснований считать, что действия (бездействие) адвоката К. могут порочить честь и достоинство адвоката или наносить ущерб авторитету адвокатуры, а потому в ее действия (бездействии) отсутствует нарушение норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

На основании изложенного Квалификационная комиссия Адвокатской палаты города Москвы, руководствуясь п. 7 ст. 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пп. 2 п. 9 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, выносит заключение о необходимости прекращения дисциплинарного производства в отношении адвоката К. вследствие отсутствия в ее действиях (бездействии), описанных в представлении Вице-президента Адвокатской палаты г. Москвы от 17 октября 2007 г., основанном на сообщении Заместителя руководителя Управления Федеральной налоговой службы по г. Москвы П. от 10 октября 2007 г., нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Совет согласился с мнением квалификационной комиссии.

В Калининграде два адвоката лишились статуса за нарушение порядка участия в делах по назначению

Совет Адвокатской палаты Калининградской области вынес решения по дисциплинарным производствам в отношении двух адвокатов, возбужденным в связи с грубым нарушением ими Порядка участия адвокатов по назначению в уголовных и гражданских делах с использованием системы автоматического назначения.

26 дел в обход Адвокатской палаты

Так, решением Совета был прекращен статус адвоката И., которая осуществляла защиту интересов доверителей по 26 уголовным делам в обход установленного порядка. Как следует из решения, адвокат, используя личные связи с органами следствия и суда, самостоятельно принимала заявки на участие в делах в порядке ст. 51 УПК РФ и навязывала свои услуги подозреваемым, обвиняемым. Кроме того, она самостоятельно выписывала себе ордера и получала плату за участие в судебных процессах из федерального бюджета.

Совет АП Калининградской области отметил, что И. нарушила п. 4 ч. 1 ст.7 Закона об адвокатуре и п. 6 ст. 15 КПЭА, согласно которым адвокат обязан исполнять решения органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции. Кроме того, в решении указано: п. 6. ч. 1 ст. 9 КПЭА предусматривает, что адвокат не вправе навязывать свою помощь лицам и привлекать их в качестве доверителей путем использования личных связей с работниками судебных правоохранительных органов.

В документе подчеркивается, что так как нарушение было совершено умышленно, а ранее И. уже привлекалась к дисциплинарной ответственности за аналогичные действия, то следует прекратить ее статус адвоката с возможностью его приобретения по истечении 5 лет. При этом Совет указал, что при определении меры дисциплинарной ответственности учел тяжесть совершенного проступка, выразившегося в подрыве авторитета независимости адвокатуры перед гражданами и обстоятельства совершения нарушения.

Защита в порядке ст. 51 УПК в другом регионе

Второе решение касается адвоката АП Калининградской обрасти К., которая участвовала в уголовном деле в качестве защитника в порядке ст. 51 УПК РФ на территории АП Красноярского края.

Как указано в решении, из областного Управления Минюста в адвокатскую палату поступило сообщение об оказании адвокатом палаты защиты по назначению в Красноярске. Проведенная проверка подтвердила, что адвокат К. внесена в реестр адвокатов Калининградской области и при этом не обращалась в палату о внесении ее в список адвокатов, осуществляющих защиту по назначению, как того требует принятый в палате Порядок. Также было уточнено, что К. не обращалась и в АП Красноярского края о включении ее в аналогичный список там. Таким образом, Квалификационная комиссия АП Калининградской области пришла к выводу о нарушении п. 4 ст. 7 Закона об адвокатской деятельности.

В своем объяснении Совету палаты К. сообщила, что 12 января 2016 г. она заключила с гражданкой Ш. соглашение на защиту ее отца Б., обвинявшегося в совершении преступления, сроком до 1 декабря 2016 г. Оплату производила Ш., а сами денежные средства перечислялись в коллегию адвокатов в Калининграде.

2 декабря 2016 г. подзащитный написал заявление о том, что у него нет возможности оплачивать услуги адвоката, так как изменились объем обвинения и подсудность уголовного дела, однако не отказался от осуществления ею защиты, в связи с чем адвокат стала защищать его в порядке ст. 51 УПК РФ.

Защитник отметила, что в силу ч. 4 п. 6 ст. 6 Закона об адвокатуре адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты, поэтому между ней и ее подзащитным было заключено дополнительное соглашение, в котором зафиксирован факт отказа доверителя выплачивать ей вознаграждение и закреплено право на переход оказания юридических услуг по назначению.

Также К. пояснила, что в Красноярске она имеет постоянную регистрацию, а в Калининграде – временную. При этом адвокат указала, что подтверждением того, что свою деятельность она осуществляет на территории Калининградской области, свидетельствуют соглашения с физическими и юридическими лицами, постоянно находящимися на территории Калининграда.

Рассмотрев представленные К. разъяснения и материалы, Совет Адвокатской палаты Калининградской области все-таки пришел к выводу о допущенном ею нарушении закона.

Отмечается, что с учетом информации из представленного адвокатом К. постановления об оплате труда защитника по назначению от 30 ноября 2017 г. усматривается, что она осуществляет свою деятельность в Красноярске на постоянной основе. Подчеркивается: Положением о Порядке участия адвокатов по назначению определено, что включение в список адвокатов, осуществляющих защиту по назначению на территории Калининградской области, производится решением Совета палаты на основании личного заявления адвоката, тогда как К. не обращалась с таким заявлением. Таким образом, она нарушила п. 4 ст. 7 Закона об адвокатуре.

Также Совет АП КО пояснил, что адвокат нарушила п. 3 и п. 4 Порядка изменения адвокатом членства в адвокатской палате одного субъекта РФ на членство в адвокатской палате другого субъекта РФ, что также повлекло за собой нарушение п. 4 ст. 7 Закона об адвокатуре.

Кроме того, в решении отмечается, что дата окончания оказания услуги по соглашению с Ш. – 1 декабря 2016 г., то есть накануне написания заявления Б. о невозможности продолжать оплату адвокату. Это по мнению Совета, свидетельствует о том, что соглашение было подготовлено позже указанной даты, и ставит под сомнение его действительность. Кроме того, в ордере от 12 января 2016 г. защитником не указаны реквизиты соглашения с доверителем.

Совет АП КО отметил, что К. должна была обратиться с заявлением о включении в список адвокатов, осуществляющих защиту по назначению органов дознания, следствия и суда на территории Калининградской области, а также обратиться в АП КО для решения вопроса о выдаче ей ордера для осуществления защиты в порядке ст. 51 УПК РФ. В результате Совет принял решение о прекращении адвокатского статуса К. со сроком допуска к повторной сдаче экзамена – 5 лет.

В комментарии «АГ» президент АП Калининградской области Алексей Созвариев пояснил, что такие ситуации выявляются в результате проверок, однако встречаются нечасто. «Большинство адвокатов, практически все, выполняют Положение и работают по закону. Положение было принято на Конференции всеми адвокатами, однако некоторые индивидуумы нарушают его», – указал Алексей Созвариев.

Карьерные пути адвокатов в зеркале масштабного исследования

Адвокатура может взглянуть на себя в зеркало масштабного социологического исследования. Оказалось, чаще всего в адвокаты идут из следователей, корпоративных юристов либо почти сразу после вуза. Две трети респондентов не сразу идут в адвокатуру, а предпочитают наработать опыт – от трех лет минимум. Адвокатскую монополию поддерживают не все, а ратуют за ее введение во всех отраслях в основном новички. На «Право.Ru» – тезисы исследования, которое провели Высшая школа экономики, Институт проблем правоприменения и Федеральная палата адвокатов.

На днях появились результаты масштабного социологического опроса, в котором приняли участие 3317 адвокатов (или 4,7 % от 70 000 юристов, имеющих действующий адвокатский статус) из 35 регионов. «Раньше такого исследования в России не проводилось, про адвокатское сообщество кроме базовых цифр о численности было мало что известно», – говорит один из исследователей, научный сотрудник Института анализа предприятий и рынков Высшей школы экономики Антон Казун. Это подразделение ВШЭ провело опрос совместно с Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге. Оргподдержку оказали Федеральная палата адвокатов и Институт адвокатуры МГЮА им. О. Е. Кутафина. Анкеты рассылали в конце 2014 года, результаты представили на XVI апрельской научной конференции ВШЭ, а полный текст доклада был опубликован на днях (доступен здесь).

Социологи рассылали адвокатам анкету из 70 вопросов об их образовании, загрузке, карьерном росте, отношении к правоохранительной системе и введению адвокатской монополии. В крупнейших регионах – Москве и Ленинградской области – исследователи выбирали респондентов по принципу случайной выборки. В отдельных регионах с сильными адвокатскими палатами действовали по принципу сплошной выборки (направляли всем членам коллегии, ответы присылали 20–25 % респондентов, их анкеты и изучали), еще в 25 регионах опрашивали отдельных адвокатов. Выборка смещена в сторону членов коллегий, оговариваются исследователи.

В первой части обзорной статьи по итогам исследования – о том, что социологам удалось узнать о карьерном пути российских адвокатов.

Социально-демографический и профессиональный портреты

Исследователи начали с базовой характеристики: пола респондента. Оказалось, удалось составить репрезентативную выборку по этому показателю (среди действующих адвокатов, по данным Минюста, мужчин 59,5 %, а женщин – 40,5 %, это согласуется с данными исследователей).

Как показал опрос, в среднем адвокат ведет чуть больше 56 дел в год, при этом среднегодовая нагрузка мужчин ниже, чем у женщин. Исследователи отметили, что уголовные дела составляют в практике адвокатов на одну треть больший объем, нежели гражданские. График нередко ненормированный: каждый четвертый участник опроса сказал, что работает больше 40 часов каждую неделю, у каждого третьего случаются переработки два-три раза в месяц. «Таким образом, больше половины адвокатов перерабатывают», – сделали вывод исследователи.

Карьерные стратегии

Чтобы получить адвокатский статус, необходимо иметь высшее юридическое образование, а также приобрести не меньше чем двухлетний стаж работы по юридической специальности либо пройти стажировку в адвокатском образовании, гласит закон об адвокатуре от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ. Респонденты, как показало исследование, действуют по-разному. Оказалось, что сперва накапливают более чем одиннадцатилетний опыт почти четверть респондентов (23,3 %). 40 % опрошенных шли к адвокатскому статусу в течение трех – десяти лет. А еще у 36 % респондентов с момента начала юридического стажа до получения «корочки» прошло меньше трех лет.

До того как получить адвокатский статус, немало респондентов работали корпоративными юристами (так ответили 23,2 %) или следователями (22 %). Примерно одна пятая часть (21,7 %) респондентов пришла в адвокатуру сразу после вуза. За ними следуют менее популярные варианты – прокуратура (13,3 % опрошенных), аппарат судов (8,4 %), научная работа (4,1 %) и другие. «Доля бывших судей среди адвокатов невелика», – пишут исследователи, ссылаясь на показатель в 2,6 % респондентов. Нашлись и некоторые гендерные закономерности. Как показало исследование, среди тех, кто поработал в аппарате судов, а затем ушел в адвокаты, значительно больше женщин (71,6 %), чем в среднем по выборке (42,5 %). А бывшие представители «силовых» ведомств в адвокатуре, отмечают социологи, в подавляющем большинстве (75 %) мужчины.

Социологи отметили и связь между специализацией и временем прихода в адвокатуру. Каждый десятый респондент, пришедший в адвокатуру до 1988 года, имел исключительно опыт работы в суде, это выше, чем в целом по выборке, отметили социологи. Больше всего экс-представителей силовых ведомств (37 %) – среди юристов, получивших адвокатский статус в 1990-е годы, говорится в исследовании. А рост числа «гражданских» адвокатов отметился в последние годы: треть адвокатов, получивших статус позже 2002 года, имеет опыт работы с гражданскими делами.

Спрос на услуги адвокатов

Социологи попросили адвокатов оценить спрос на свои услуги. Оказалось, что среднем по России адвокаты оценивают доход «новичков» в 25 000 рублей, а опытных адвокатов – в 104 000 рублей в месяц. Нюансы зависят от специализации адвоката. Социологи отметили, что адвокаты по гражданским делам в среднем выше оценивают доходы коллег, чем адвокаты, специализирующиеся на уголовных делах. «Адвокаты с высокой долей уголовных дел часто работают по назначению, что оплачивается в целом не очень хорошо», – комментирует Казун из Института анализа предприятий и рынков ВШЭ. А гражданские дела, по его данным, чаще ведут более опытные адвокаты с наработанной клиентской базой, что и сказывается на их оценках дохода коллег. Но самые высокие ожидания доходов в адвокатуре, показало исследование, имеют юристы, вошедшие в профессию относительно недавно и имеющие опыт работы в правоохранительных органах. «В адвокатуру в последнее время вошло много опытных юристов, ранее работавших в правоохранительных органах, и, видимо, они рассчитывают использовать свой предыдущий опыт и связи, чем и объясняются более высокие доходные ожидания», – считает Казун.

Портрет востребованного адвоката

Социологи попытались определить черты успешного и востребованного адвоката. Они сочли, что их можно определить по таким ключевым характеристикам, как наличие постоянных клиентов, нормальная или высокая нагрузка в течение года, высокая трудовая мобильность (под ней понимается работа по всему региону или за его пределами). Среди респондентов таких оказалось 18 %, в этой группе преобладают адвокаты, специализирующиеся только на гражданских делах, либо на уголовных совместно с гражданскими, по данным исследователей. Среди менее востребованной части адвокатского сообщества, отмечают социологи, напротив, преобладает специализация на уголовном процессе, таких адвокатов в выборке оказалось 14 %.

Отношение к идее адвокатской монополии

Адвокатов расспросили, как они относятся к идее ограничения судебного представительства для неюристов. Оказалось, 92 % респондентов согласны с текущей «монополией» на представительство в уголовном процессе. Если бы ввели монополию в отношении гражданских дел, эту идею поддержали бы три четверти респондентов, а в отношении арбитражных дел – 63 % опрошенных. Адвокатскую монополию на все виды судебного представительства поддержали бы 55 % респондентов (как отметили исследователи, среди них больше всего новичков, получивших статус в 2014 году). Но нашлись и 5,9 % респондентов, которые вовсе не поддерживают идею монополии на судебное представительство в каких бы то ни было делах.

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).