Закон о съемке сотрудников полиции

Можно ли по новому закону снимать на камеру сотрудника ГИБДД?

Новый административный регламент ГИБДД (приказ МВД № 664) вступил в силу в России с 20 октября. В частности, из документа был исключен пункт о том, что инспектор не должен препятствовать видеосъемке общения с водителем. Имеют ли теперь право водители снимать общение с сотрудником ГИБДД и в каких случаях это запрещено, об этом журналистам рассказали на брифинге в УГИБДД ГУ МВД по Алтайскому краю.

Пункт исчез, но снимать можно. Этого права у граждан никто не отнимал. Из административного регламента, который, по сути, является инструкцией для сотрудников ГИБДД, лишь исключили избыточную норму.

Отметим, что закон о персональных данных позволяет без разрешения снимать других лиц для личных или семейных нужд. Кроме того, закон о полиции гласит, что деятельность этого ведомства является открытой для общества в той мере, в какой это не противоречит требованиям законодательства Российской Федерации об уголовном судопроизводстве, о производстве по делам об административных правонарушениях, об оперативно-розыскной деятельности, о защите государственной и иной охраняемой законом тайны, а также не нарушает прав граждан, общественных объединений и организаций.

Если сотрудник ГИБДД будет препятствовать проведению съемки или потребует убрать телефон, знайте, что это незаконно в большинстве случаев.

По словам замначальника отдела организации ДПС регионального ГИБДД Сергея Сыскина, исключения возможны в рамках охранных или оперативно-розыскных мероприятий, а также в целях защиты государственной и другой охраняемой законом тайны. Например, инспектор может запретить съемку вблизи стратегических или военных объектов, охраняемых в соответствии с законом о государственной тайне.

Также ограничение на съемку может быть наложено сотрудником ГИБДД при рассмотрении дела об административном правонарушении, а также в целях защиты прав граждан, общественных объединений и организаций. Съемку запретят, если вы будете препятствовать оформлению дорожно-транспортного происшествия.

Кстати, сами инспекторы теперь имеют право вести съемку на служебный видеорегистратор, установленный в патрульных машинах и на постах ДПС, на переносные видеорегистраторы, которые работают в безостановочном режиме, и на личный телефон, если при составлении протокола не нашлось понятых.

Прямого запрета на проведение видеосъемки и условий ее проведения нет ни в одном законе. Следовательно, записывать разговор можно как публично, предупредив сотрудника о том, что Вы его записываете, так и скрытно, не сообщая о проведении видеосъемки.

Закон о съемке сотрудников полиции

20.10.2017 года вступил в силу новый административный регламент ГИБДД, утвержденный приказом МВД РФ № 664 от 23.09.2017 г. Если в ранее действующем регламенте был пункт, отдельно разрешающий гражданам производить видео съемку сотрудников полиции при исполнении ими служебных обязанностей, то в новом регламенте этот пункт убрали. Это было воспринято автолюбителями как запрет видео и фотосъемки сотрудников ГИБДД и ДПС. Поэтому были опубликованы разъяснения МВД России касательно фото и видео съемки сотрудников ГИБДД при исполнении ими своих служебных обязанностей.

Фотовидеосъемка общения с сотрудниками Госавтоинспекции

В новом приказе о работе ДПС отсутствует положение, которое было в предыдущем приказе и запрещало сотрудникам Госавтоинспекции препятствовать гражданам производить фотовидеосъемку общения с сотрудниками.

Многими автолюбителями и экспертами данный факт был трактован иначе, с позиции исключения из регламента права граждан осуществлять фотовидеосъемку инспектора.

Работает ли запрет видеосъемки сотрудников гаи -дпс?

Госавтоинспекция поясняет: инспектор не имеет права препятствовать видеозаписи. Никакими законами и приказами МВД фото и видеосъемка сотрудников МВД при исполнении ими служебных обязанностей не запрещена. Однако, есть и ряд исключений:

Ограничение права на проведение видео и фото съемки полицейских возможно в рамках осуществления охранных либо оперативно-розыскных мероприятий, рассмотрения дела об административном правонарушении, а также в целях защиты государственной и иной охраняемой законом тайны, защиты прав граждан, общественных объединений и организаций.

Например, если водитель снимает на телефон место ДТП и мешает при этом инспектору, тот может потребовать прекратить съемку. Либо в регионе введен режим контртеррористической операции, в этом случае сотрудник ДПС должен проинформировать об этом водителя и попросить выключить камеру.

Может ли полицейский или сотрудник гаи (дпс) снимать на видео груждан (водителей)?

Сам инспектор также имеет право вести съемку, причем не только на служебный видеорегистратор, но и на собственный мобильный телефон и любое другое устройство. Подобные съемки могут выступать доказательствами неадекватного поведения, отказа от медицинского освидетельствования и т.п. ситуациях в суде.

Таким образом, позиция МВД РФ однозначна: просто производить съемку, не мешая инспектору выполнять свои служебные функции – разрешено.

Такое право дает каждому гражданину ст. 24 Конституции РФ.

Если инспектор препятствует видео или фотосъемке своих действий – он нарушает федеральное законодательство. Всё это было доведено на служебных занятиях до каждого сотрудника полиции, и если такой запрет имеет место быть без объяснения причин – можно подозревать, что инспектор пытается скрыть другое свое противоправное деяние.

Можно ли записывать сотрудника ГИБДД на видео?

Сотрудники ДПС и ГИБДД в России могут запретить снимать себя и свои действия, но в большинстве случаев это будет незаконно.

20 октября 2017 года в силу вступили поправки в административном регламенте, где МВД было вычеркнут запрет на препятствование видеосъемки сотрудников ГИБДД и ДПС. Изменения означают, что инспектора теперь имеют право запрещать снимать их на камеру, но с некоторыми уточнениями.

Трактовка поправок

Что именно означает нововведение знают не многие. Согласно комментариям и отзывам в социальных сетях и СМИ, водители посчитали поправки полным запретом на ведение видеосъемки. А это — беспредел в отношениях между автолюбителями и инспекторами. Камера позволяла многим избежать несправедливого наказания, взяточничества, оскорблений и физической расправы со стороны сотрудников ДПС. Но спешим успокоить водителей — как такого запрета на проведение съемки нет.

Теперь сотрудники ГИБДД и ДПС могут запретить снимать себя и свои действия, но в большинстве случаев будут делать это незаконно. У граждан остается право на ведение съемки как минимум по трем причинам:

  1. Право гражданина на свободу действий. Если эти действия не ущемляют права других людей. В случае с инспекторами личная жизнь человека не затрагивается, поэтому съемка не противоречит Конституции.
  2. Деятельность полиции является открытой, согласно Федеральному закону №3 от 7 февраля 2011 года.
  3. Граждане могут спокойно снимать других людей для личных нужд, согласно Федеральному закону №152 от 27.07.06 г.

Получается, что за водителями сохранилось право вести съемку инспекторов, но с ограничениями.

Ограничения в ведении съемки

А вот теперь о том, почему нельзя снимать сотрудников ГИБДД и ДПС. Запретить видеосъемку полиция может законно в нескольких ситуациях:

  1. С целью защиты объектов, которые защищены государственной тайной. Например, вблизи стратегических и военных объектов.
  2. При оформлении места ДТП водителю могут запретить съемку, если его действия мешают сотрудникам полиции.
  3. При рассмотрении дела сотрудником ГИБДД о произошедшем административном нарушении.
  4. С целью защиты прав других граждан.

Многие операторы-любители подвергают свою жизнь опасности, приближаясь к различным объектам для съемки. Например, во время ДТП с возгоранием автомобиля. В этом случае полицейский на вполне законных основаниях может запретить видеосъемку.

Что делать, если инспектор запрещает съемку?

Запретить видеосъемку работник полиции может только по указанным выше причинам. При этом он должен сослаться на документ, дающий ему такое право. В остальных ситуациях вы можете попросить указать причины запрета, и при их отсутствии продолжить съемку.

Если же продолжить вести съемку там, где делать это запрещено, вам грозит наказание по статье 19.3 КоАП: штраф от 500 до 1000 рублей либо арест на 15 суток.

Могут ли вести съемку инспектора?

А вот работники полиции вправе снимать водителей на видеорегистратор и даже телефон. Это особенно актуально, когда автолюбитель отказывается исправлять нарушения и грубит должностному лицу. Также съемка допускается при оформлении протокола, если рядом не оказалось понятых.

В 2018 году произошло много изменений в законодательстве и одним из них является право сотрудников ДПС и ГИБДД запрещать видеосъемку. Делать это можно только по обоснованным причинам, с которыми следует ознакомиться.

МВД разъяснило порядок видеосъемки сотрудников ГИБДД

Министерство внутренних дел опубликовало разъяснения относительно того, имеют ли граждане право снимать сотрудников дорожной полиции. Необходимость разъяснения связана с принятием нового регламента ГИБДД, который не запрещает сотрудникам препятствовать таким действиям.

Новый регламент ГИБДД действует c 20 октября. В числе прочего, он не содержит нормы, обязывающей сотрудника полиции «не препятствовать использованию фото-, видео и звукозаписывающей аппаратуры участникам дорожного движения, если таковое не запрещено законодательством».

В МВД разъяснили, что инспектор не имеет права препятствовать такой видеозаписи. Отсутствие соответствующей нормы в регламенте не ограничивает закрепленное в Конституции право граждан свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

«Таким образом, положений, позволяющих сотруднику полиции запрещать участнику дорожного движения использование фото-, видео и звукозаписывающей аппаратуры без наличия предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований, в административном регламенте не содержится», – отметили в министерстве.

Вместе с тем ограничение права на фото- и видеосъемку возможно в рамках осуществления охранных либо оперативно-розыскных мероприятий, рассмотрения дела об административном правонарушении, а также в целях защиты государственной и иной охраняемой законом тайны, защиты прав граждан, общественных объединений и организаций.

Например, если водитель снимает на телефон место ДТП и мешает при этом инспектору, тот может потребовать прекратить съемку. А если в регионе введен режим контртеррористической операции – в этом случае инспектор ДПС должен проинформировать об этом водителя и попросить выключить камеру.

При этом инспектор также имеет право вести съемку, причем не только на служебный видеорегистратор, но и на собственный мобильный телефон.

Россельхозбанк выдал кредит компании ОАО «Консервщик» (позже – АО «Купинский молочный комбинат»). Фирме представили 46,3 млн руб. под 16,8% годовых. Долг надо было возвращать двумя платежами: 25 января 2017 года – 20 млн руб., а месяц спустя – 26, 3 млн руб. Поручителем по договору выступил Перт Хасубов*, договор предусматривал солидарную ответственность поручителя и заёмщика.

Когда первая выплата не поступила в срок, банк направил поручителю требование погасить долг и досрочно вернуть все деньги, но делать этого Хасубов не стал. Тогда банк отправился в суд. В иске он попросил взыскать с поручителя задолженность – 44,9 млн руб., а также судрасходы и госпошлину.

Параллельно банк подал иск в Арбитражный суд Новосибирской области о взыскании солидарной задолженности по тому же кредитному договору и обращении взыскания на имущество. Хасубова привлекли к делу в качестве третьего лица. АС утвердил мировое соглашение между банком и должником. По его условиям компания возвращала задолженность по основному долгу до 25 июня 2020 года согласно графику, а также соглашалась вернуть пени и проценты. При этом обязательства по договорам поручительства не прекращались.

Что касается гражданского иска к поручителю, то первая инстанция частично удовлетворила требования. Суд исходил из того, что заемщик не вернул кредит, а значит, наступила солидарная ответственность поручителей. С учетом частичного погашения задолженности компанией на момент рассмотрения спора с Хасубова постановили взыскать 41 млн руб. Решение устояло в апелляции. Там отметили, что мировое соглашение, изменяющее сроки и порядок расчётов по договору, не означает изменения способа исполнения обязательства и не является новацией, не прекращает обязанности заёмщика и поручителя.

Однако в ВС не согласились с таким подходом нижестоящих судов (дело № 58-КГ18-23). Коллегия по гражданским спорам отметила: если установлено, что должник выполняет свои обязанности перед кредитором, то нет оснований для взыскания задолженности с поручителя.

Мировое соглашение было гражданско-правовой сделкой, изменяющей условия кредитного договора и по срокам исполнения обязательств. Новые условия договора должник исполняет, а значит, нет оснований взыскивать деньги с поручителя, указал Верховный суд.

Нижестоящие инстанции проигнорировали такой довод поручителя. В итоге ВС отправил дело на новое рассмотрение в апелляцию, отменив апелляционное определение (на момент подготовки материала еще не рассмотрено – ред.)

Позиция ВС верна: при ином подходе игнорировался бы акцессорный характер поручительства, замечает Надежда Попова, юрист Павлова и партнеры. По её словам, по подобным делам позиция Верховного суда уже сформирована. Примером служит определение ВС от 24.09.2014 по делу № А40-28131/2013. «Дело сначала рассматривалось в ВАС, судьи которого верно заметили, что «при ином истолковании норм права о поручительстве кредитор получал бы неосновательное обогащение как за счет удовлетворения его требований по основному обязательству, так и одновременно за счет поручителя». А уже после упразднения ВАС дело было рассмотрено Верховным судом», – привела пример Попова.

* – имена и фамилии участников процесса изменены редакцией.

Сэр Луи Жак Блом-Купер (Sir Louis Jacques Blom-Cooper) – королевский адвокат, барристер Миддл Темпла (одной из четырех юридических корпораций в Лондоне), специализировался на публичном и административном праве. Он окончил сразу несколько учебных заведений: школу Порт-Реджис, Сифорд колледж, Колумбийский университет, Королевский колледж Лондона, Амстердамский университет и колледж в Кембридже. С 1962 по 1984 год преподавал юриспруденцию в Лондонском университете, с 1988 года работал судьей апелляционного суда, а с 1992 по 1996 год – заместителем судьи Высокого суда. В 1992 году был посвящен в рыцари. Автор множества юридических статей. Скончался 19 сентября 2018 года в Лондоне в возрасте 92 лет.

На счету сэра Блом-Купера десятки громких дел. В 1983 году он представлял заключенного Стивена Рэймонда и смог добиться для него и других осужденных права на доступ к судам для подачи иска без предварительного разрешения тюремных властей. В 1985 году королевский адвокат установил роль социальных служб в смерти четырехлетней Жасмин Бекфорд, что спровоцировало их трансформацию: с тех пор специалисты по охране детства начали искать детей, которым угрожает опасность. В 1991 году он руководил расследованием жестокого обращения с пациентами и заключенными психиатрической больницы Эшворт в Мерсисайде, что заставило врачей изменить режим с практически тюремного на терапевтический.

Блом-Купер – известный правозащитник, который в 1961 году создал организацию «Международная амнистия» (Amnesty International), поддержав призыв амнистировать политзаключенных. Именно он в 1965 году выступил против смертной казни и добивался ее отмены на протяжении всей жизни. Сэр Купер с 1973 по 1984 год был председателем Лиги Говарда (The Howard League) по реформе пенитенциарной системы. С 1989 по 1990 год барристер занимал должность председателя Совета по печати (предшественник Комиссии по рассмотрению жалоб на прессу), основал MediaWise, который работал для политически корректного освещения средствами массовой информации тем беженцев и расизма. В 1992 году этот юрист стал первым Независимым комиссаром по делам центров содержания под стражей, что позволило ему выступить за внедрение практики видео- и аудиозаписи полицейских допросов и бесед. Он также возглавлял Комиссию по закону о психическом здоровье и выступал за то, чтобы с пациентами консультировались по вопросам их лечения. Блом-Купер был покровителем благотворительной организации, которая поддерживает британцев, отбывающих наказание за рубежом.

О работе юристом

«Я католик, я всю жизнь протестовал против власти» (см. «Sir Louis Blom-Cooper: Campaigning lawyer had strong links with Northern Ireland»).

[Отвечая на вопрос, как он оказался в апелляционном суде. – Ред.] «Я каждое воскресенье обедал с начальником судебных архивов» (см. «Sir Louis Blom-Cooper QC dies at 92»).

«Вы [молодые российские юристы. – Ред.] несете профессиональную и личную ответственность за соблюдение принципов верховенства права» (см. «Sir Louis Blom-Cooper QC»).

О правах заключенных

«Если заключенному говорят, что у него пожизненный приговор, он может повернуться и ответить: «Ну, раз я здесь навсегда, почему я должен сдерживаться?». Важно не лишать последней надежды» (см. «Joan Bakewell: the Heart of the Matter: A Memoir, 1996»).

«Баланс между интересами заключенного и общественными интересами будет достигнут теми, кто объективен, независим и не подвержен влиянию политической ситуации» (см. «Joan Bakewell: the Heart of the Matter: A Memoir, 1996»).

О свободе прессы

«Что нужно общественности, так это знать, что ее пресса делает от ее имени, а также чего она не делает. Например, деятельность правительства в Ираке, о которой мы почти полностью остались в неведении, потому что газеты не сообщали о ней» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Я думаю, нам нужно избавиться от слова «регулирование». Слово «регулирование» подразумевает для некоторых людей какую-то форму исполнительной власти. Нам нужен независимый орган, который осуществлял бы независимый мониторинг прессы. Любая форма государственного вмешательства для создания такого органа потребует принятия нового законодательства. Совершенно не хочется, чтобы надзор осуществлялся самим правительством» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Я рассматриваю свободу прессы как проявление нашей индивидуальной свободы; то есть мы даем прессе право выражать наше коллективное мнение, которым мы все обладаем в соответствии со ст. 10 Европейской конвенции о правах человека. Свобода слова принадлежит всем нам, она в равной степени принадлежит и тем, кто работает в СМИ, и тем, кто этого не делает» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Если посмотреть на нынешнюю цензуру, будь то самоцензура или цензура со стороны государства, поражаешься ее вторжению в образовательные и другие сферы жизни человека. Есть о чем беспокоиться. Свобода слова нуждается в тщательном изучении и защите» (см. «Early Index supporter Louis Blom-Cooper dies aged 92»).

О публичных расследованиях

«Есть несколько основных принципов, которых следует придерживаться при проведении публичных расследований. Я думаю, они должны быть достаточно открытыми. Речь идет не о том, чтобы найти виновного, а о том, чтобы выяснить, что произошло, как это произошло, какие обстоятельства к этому привели и, если хотите, рекомендации относительно того, что должно быть сделано в будущем» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Если правительство решает от имени общественности, что должно быть независимое и беспристрастное расследование, то общественность должна быть готова за это заплатить» (см. «BBC BREAKFAST WITH FROST INTERVIEW: SIR LOUIS BLOM-COOPER QC JANUARY 27TH, 2002»).

«Почти во всех расследованиях, которые я проводил, передо мной выступали адвокаты. Я думаю, если меня когда-нибудь снова попросят провести публичное расследование, я не позволю представителю вмешиваться в процесс установления фактов. Все, что делают юристы, увеличивает расходы. По-моему, они не вносят какой-либо вклад в процесс установления фактов. Когда факты уже установлены, можно привлекать юристов – для их интерпретации и критики» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Если есть национальный скандал и его расследование смягчит общественное мнение, расследование нужно проводить. Положение закона 1921 года, которое требует парламентской резолюции для проведения расследования, является полезным инструментом и дает парламенту некоторый контроль над министрами» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Очень важно, чтобы общественность знала, сколько времени займет расследование и когда они получат отчет» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Публичное расследование должно проводиться публично, при условии, конечно, что председатель имеет возможность закрыть зал комитета, если это необходимо по конкретному вопросу. Люди более откровенны наедине, чем на публике» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

Фотография сэра Луи Блом-Купера предоставлена организацией Index on Censorship.

По закону у арендодателя есть возможность отказаться от договора аренды, который заключен на неопределенный срок, рассказывает Никита Роженцов, старший консультант департамента юрпрактики Alliance Legal CG: «Поэтому нельзя такую волю арендодателя расценивать как злоупотребление правом». Но на практике подобные ситуации не всегда получается оценить так однозначно.

Новая ставка для адвокатов

В 2008 году «Краснодарская краевая коллегия адвокатов АП Краснодарского края» арендовала у Департамента муниципальной собственности и городских земель Краснодара несколько помещений под свой офис. Плата за недвижимость составляла 51 409 руб. в месяц. Соглашение было рассчитано на пять лет, и стороны договорились, что арендатор его зарегистрирует, но тот этого так и не сделал.

Когда пятилетний срок аренды недвижимости подошел к концу, местные власти стали предлагать адвокатам заключить новое соглашение с ежемесячной платой 73 060 руб. Коллегия на такие условия не соглашалась и стала вести переговоры с арендодателем, которые затянулись на несколько месяцев, но не помогли сторонам достигнуть компромисса. Более того, в 2014 году адвокаты получили письмо, в котором чиновники потребовали платить за те же помещения 104 800 руб. в месяц, да еще и провести там ремонт. Все это время коллегия продолжала занимать спорные площади и платила арендодателю по первоначальной ставке – 51 409 руб. ежемесячно.

Лишь летом 2015 года департамент направил арендатору письмо с требованием освободить помещения в течение трех месяцев. Коллегия, этого так и не сделала, тогда городские власти обратились в суд. Они потребовали не только выселить адвокатов, но еще и взыскать с них в качестве убытков недоплаченные арендные платежи по новым ставкам – 826 519 руб.

Два круга: три мнения

Спор растянулся на несколько кругов. На первом из них Арбитражный суд Краснодарского края постановил взыскать с адвокатов 719 000 руб. и освободить недвижимость, так как срок арендного соглашения закончился (дело № А32-8/2016). Апелляция пришла к иному выводу: если местные власти сразу после окончания аренды в 2013 году не попросили вернуть помещения, значит, первоначальный арендный договор продлился на неопределенное время. Таким образом, никакие убытки ответчик платить не должен. Окружной суд согласился с таким выводом апелляции, но отменил выводы нижестоящих инстанций по вопросу выселения коллегии и попросил первую инстанцию снова рассмотреть этот спор.

На втором круге первая инстанция вновь постановила выселить адвокатов, сославшись на прекращение арендных отношений у сторон еще в 2013 году. А апелляция и окружной суд отказали чиновникам в иске. Две инстанции указали на то, что в спорной ситуации имеет место злоупотребление правом со стороны департамента. Суды пояснили, что поведение властей направлено не на выселение адвокатов, а на попытку заставить коллегию платить за недвижимость по высоким арендным ставкам.

«Нормальная плата» или право собственника

Чиновники не согласились с такими выводами и оспорили их в Верховном суде. В своей жалобе заявитель пояснял, что собственник вправе распоряжаться своим имуществом как угодно, если это не противоречит закону и не нарушает права третьих лиц (ст. 209 ГК). Вот и в спорной ситуации департамент отказался дальше сдавать свои помещения в аренду адвокатам. По мнению властей, первоначальное арендное соглашение нельзя считать продленным на неопределенный срок, так как этот документ не прошел государственную регистрацию. Заявитель не согласен и с тем, что в спорной ситуации речь идет о злоупотреблении правом. Чиновники считают, что подобная квалификация этого случая «ставит арендатора в преимущественное положение по отношению к собственнику имущества» и ограничивает его право распоряжаться своими активами.

На заседании ВС присутствовал лишь представитель ответчика, адвокат Аллий Шумен. Он просил оставить акты апелляции и окружного суда без изменений. По его словам, коллегии просто хочется «платить нормальную арендную плату». Юрист сообщил, что спорные помещения в плохом состоянии и построены еще в 1918 году. Шумен подчеркнул, что деятельность коллегии направлена на юридическую помощь гражданам, а не на извлечение прибыли. А закон об адвокатуре предусматривает, что таким защитникам государство при необходимости выделяет служебные помещения, отметил ответчик.

– Сколько у вашей коллегии еще помещений в этом районе, где расположено спорное здание? – поинтересовалась председательствующая судья Ирина Грачева.

– Кроме этого, ни одного. Мы вообще сидим по четыре человека за одним столом. Так что если нас выселят, мы останемся на улице, – заметил Шумен.

Выслушав все доводы, судьи удалились в совещательную комнату и спустя несколько минут огласили резолютивную часть решения: отменить все акты нижестоящих инстанций по этому делу, а спор направить на новое рассмотрение в АС Краснодарского края. Спор уходит на третий круг.

Эксперты «Право.ru»: «Арендодатель может направить адвокатам новый отказ»

Односторонний отказ арендодателя от договора аренды, заключенного на неопределенный срок, может квалифицироваться как злоупотребление правом, уверен Мерген Дораев, партнер АБ ЕМПП. По его словам, с учетом того что право на такой отказ предоставлено арендодателю законом без обязанности мотивировать принятое решение, арендатору очень сложно доказать факт допущенного злоупотребления.

В рассматриваемом деле истец решил прекратить аренду, чтобы разрешить длительный спор с ответчиком о размере платы за помещения, констатирует юрист. По его словам, «пикантность» ситуации придает тот факт, что арендатором выступает адвокатское образование: «Развивая тезисы нижестоящих инстанций, можно квалифицировать действия департамента как нарушающие конституционные права граждан на бесплатную юридическую помощь».

На месте ВС я бы признал, что в этом деле злоупотребление можно считать доказанным и конкретно это требование о выселении не может быть удовлетворено, говорит Дмитрий Некрестьянов, партнер Качкин и партнеры. Но это не лишает арендодателя в любое время направить новый отказ от бессрочной аренды, подчеркивает юрист: «Департаменту нужно будет подтвердить, что такой отказ – это не борьба с арендатором, а действия рачительного хозяина по наиболее эффективному использованию своего имущества».

И в любом случае само по себе право на подобный отказ не стоит считать чем-то необоснованным, говорит Владислав Варшавский, управляющий партнёр ЮК Варшавский и Партнеры. По его словам, в таких случаях каждая из сторон может получить как выгоду, так и столкнуться с потерями.

Приведу две случайные новости последних месяцев, но список можно продолжать бесконечно. В Калифорнии открылось кафе с кухней-автоматом, бургеры для гостей жарит робот без участия человека. В Китае масштабируется проект магазинов самообслуживания: в нем нет ни одного сотрудника, посетители оплачивают товары самостоятельно, а компьютерное зрение следит, чтобы никто не унес с собой ничего лишнего.

Юристы – не повара и не охранники на кассе, их работу перепоручить искусственному интеллекту сложнее, но прогресс добирается и сюда. В российском инфополе первая ассоциация с этой темой – выступления Грефа и увольнения в Сбербанке. В мире у движения за автоматизацию нет явного лидера. Международная ассоциация искусственного интеллекта и закона проводит конференции и принимает научные доклады, но крайне далека от практики. Множество мелких стартапов решают небольшие практические задачи, но и им далеко для полноценного робота-юриста.

Самое очевидное и самое безопасное применение AI – чтение. Нейросетка не принимает никаких решений, а только подсказывает человеку. Американский casetext разработал систему умного поиска подходящих судебных прецедентов. Механика проекта очень проста: пользователь загружает в систему документ, AI ищет в базе всё, что ему кажется подходящим к данному делу. Отличие стартапа от «Консультанта Плюс» и его аналогов в интеллектуальности поиска, запрос не разбивается на отдельные ключевые слова, casetext пытается использовать именно смысл прецедента.

Доступ к сервису продается по подписке, базовая цена без скидок составляет $120 в месяц – на самом деле очень дешево, если он хоть пару раз за месяц что-нибудь находить будет, то с учетом стоимости часа американского юриста вложения уже отобьются. Обычный же человек может использовать casetext, по сути, бесплатно – недельный тестовый период есть, а что ещё непрофессионалу может понадобиться? Ради двух разнесенных во времени поисков можно и два раза зарегистрироваться.

Проекту пять лет, но действительно массовым он пока не стал. Инвестиции привлек тоже не очень большие по американским меркам, 20 млн за всё время. Куш при этом впереди огромный: в США 1 300 000 юристов, даже по $20 в месяц с каждого – это очень неплохой рынок.

Стартап Ravel Law читает и анализирует американские судебные прецеденты. От casetext он отличается тем, что берет как входную точку для поиска не документ, а человека. Принятие решения в процессах часто крайне субъективно, и ключевую роль играет личность судьи. Напомню знаменитое исследование, которое популяризовал Канеман в книге «Thinking, Fast and Slow»: в среднем самые мягкие приговоры выносятся в начале дня или после обеда, самые жесткие – перед перерывом, результат статистически значим. Конечно, не требуется никаких стартапов и нейронных сетей, чтобы добиваться выгодного времени слушаний, но субъективизм проявляется не только как реакция на чувство голода.

Ravel Law структурирует все предыдущие процессы судьи и вытаскивает скрытые закономерности его поведения. Какие аргументы он любит, какая стилистика его раздражает, какие прецеденты цитирует в решениях. Знание таких особенностей позволяет адвокату лучше готовиться к делу и апеллировать к правильным струнам в душе судьи.

LawGeex берет на себя больше ответственности и рекламируется как сервис электронного юриста. Робот пока ещё маленький и глупенький и скорее помогает живому человеку, чем его заменяет, но лиха беда начало.

Заявленный функционал – проверка договоров по чек-листу, принятому в данной корпорации. «Мы не подписываем договоров с возможным штрафом больше X», «мы не подписываем договоров, которые не можем разорвать за три месяца» – что-то в таком духе. LawGeex подчеркивает неправильные абзацы и передает дальше человеку на проверку и спор с контрагентом. В суть бизнес-договоренностей AI, конечно, не влезает. Так глубоко, впрочем, и не каждый юрист лезет.

Стартап рекомендует использовать технологию в неважных договорах – при подписании NDA, текущих закупках и тому подобных ситуациях, когда всё ясно и цена ошибки мала. Пиарные презентации обещают сократить время согласования таких документов до часа. Впрочем, активные продажи LawGeex пока не ведет, видимо, качество продукта ещё недостаточно.

Стартап потратил на разработку $9,5 млн инвестиций и привлек в апреле раунд ещё на 12 млн.

После чтения наступает время написания. В идеальном мире AI будет не помогать юристу, а заменит его целиком. Технологиям до этого ещё далеко, то что есть на рынке – автоматизация стандартизованных действий, а не истинная интеллектуальная работа. Откровеннее всех разницу демонстрирует стартап DoNotPay – робот-юрист для простых неприятностей. Предположим, у пользователя случилась типовая городская проблема. Например, пришел штраф за неправильную парковку уже проданного автомобиля. Человек заходит на сайт стартапа, находит свой случай и проходит через последовательность вопросов: «как вас зовут?», «какой номер штрафа», «когда вы продали машину?». Журналисты называют этот процесс «чат-ботом», но явно льстят: в диалоге нет никакой вариативности или понимания смысла, сервис просто по очереди текстовые поля показывает.

Когда квест заканчивается, DoNotPay вставляет полученные ответы в стандартную форму, предлагает её распечатать и с ней идти жаловаться. Юрист не нужен, деньги сэкономлены, клиент доволен, для типового случая ему действительно больше ничего не надо. К AI, разумеется, все это никак не относится, но какая разница, что сидит внутри у механического турка. DoNotPay максимально прост и почти анекдотичен, но завтра по той же модели будут работать и более серьезные проекты. Прогресс отрасли уже не остановить.

Можно ли снимать действия сотрудников полиции на видеокамеру с целью защиты своих прав и свобод?

В соответствии с обращением от 14 марта 2016 года №03/-4622 о рассмотрении поставленного вопроса, а именно – «Можно ли снимать действия сотрудников полиции на видеокамеру с целью защиты своих прав и свобод?» по существу сообщаем Вам следующее:

Согласно статье 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

В соответствии со статьей 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии — с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, когда:

1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;

2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;

3) гражданин позировал за плату.

2. Изготовленные в целях введения в гражданский оборот, а также находящиеся в обороте экземпляры материальных носителей, содержащих изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 указанной статьи, подлежат на основании судебного решения изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.

3. Если изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 настоящей статьи, распространено в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления этого изображения, а также пресечения или запрещения дальнейшего его распространения.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в части «Объекты гражданских прав. Защита нематериальных благ» дает следующие разъяснения:

Под обнародованием изображения гражданина по аналогии с положениями статьи 1268 ГК РФ необходимо понимать осуществление действия, которое впервые делает данное изображение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа либо любым другим способом, включая размещение его в сети «Интернет».

Без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, то есть когда имеет место публичный интерес, в частности если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.

Вместе с тем согласие необходимо, если единственной целью обнародования и использования изображения лица является удовлетворение обывательского интереса к его частной жизни либо извлечение прибыли.

Не требуется согласия на обнародование и использование изображения гражданина, если оно необходимо в целях защиты правопорядка и государственной безопасности (например, в связи с розыском граждан, в том числе пропавших без вести либо являющихся участниками или очевидцами правонарушения).

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» закрепляется принцип открытости и публичности, т.е. деятельность полиции является открытой для общества в той мере, в какой это не противоречит требованиям законодательства Российской Федерации об уголовном судопроизводстве, о производстве по делам об административных правонарушениях, об оперативно-разыскной деятельности, о защите государственной и иной охраняемой законом тайны, а также не нарушает прав граждан, общественных объединений и организаций.

Согласно статье 4 Федерального закона 09 февраля 2009 года № 8-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» устанавливается принцип открытости и доступности информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, как один из основных принципов обеспечения доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, за исключением случаев, предусмотренных статьей 9 Федерального закона от 27 июня 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»:

Ограничение доступа к информации устанавливается федеральными законами в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Обязательным является соблюдение конфиденциальности информации, доступ к которой ограничен федеральными законами.

Защита информации, составляющей государственную тайну, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной тайне.

Федеральными законами устанавливаются условия отнесения информации к сведениям, составляющим коммерческую тайну, служебную тайну и иную тайну, обязательность соблюдения конфиденциальности такой информации, а также ответственность за ее разглашение.

Информация, полученная гражданами (физическими лицами) при исполнении ими профессиональных обязанностей или организациями при осуществлении ими определенных видов деятельности (профессиональная тайна), подлежит защите в случаях, если на эти лица федеральными законами возложены обязанности по соблюдению конфиденциальности такой информации.

Информация, составляющая профессиональную тайну, может быть предоставлена третьим лицам в соответствии с федеральными законами и (или) по решению суда.

Срок исполнения обязанностей по соблюдению конфиденциальности информации, составляющей профессиональную тайну, может быть ограничен только с согласия гражданина (физического лица), предоставившего такую информацию о себе.

Запрещается требовать от гражданина (физического лица) предоставления информации о его частной жизни, в том числе информации, составляющей личную или семейную тайну, и получать такую информацию помимо воли гражданина (физического лица), если иное не предусмотрено федеральными законами.

Порядок доступа к персональным данным граждан (физических лиц) устанавливается федеральным законом о персональных данных.

Статья 3 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» также закрепляет принцип публичности и открытости деятельности государственных органов и органов местного самоуправления.

Согласно пункту 3 Указа Президента Российской Федерации от 31 декабря 1993 года № 2334 «О дополнительных гарантиях прав граждан на информацию» деятельность государственных органов, организаций и предприятий, общественных объединений, должностных лиц осуществляется на принципах информационной открытости, что выражается:

в доступности для граждан информации, представляющей общественный интерес или затрагивающей личные интересы граждан;

в систематическом информировании граждан о предполагаемых или принятых решениях;

в осуществлении гражданами контроля за деятельностью государственных органов, организаций и предприятий, общественных объединений, должностных лиц и принимаемыми ими решениями, связанными с соблюдением, охраной и защитой прав и законных интересов граждан;

в создании условий для обеспечения граждан Российской Федерации зарубежными информационными продуктами и оказания им информационных услуг, имеющих зарубежное происхождение.

В соответствии с частью 4 статьи 5 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», сотрудник полиции обязан в случае применения к гражданину мер, ограничивающих его права и свободы, разъяснить ему причину и основания применения таких мер, а также возникающие в связи с этим права и обязанности гражданина.

На основании выше изложенного, законодательством Российской Федерации не установлен запрет на фото- и видеосъемку сотрудников полиции, однако нормативными правовыми актами определен перечень оснований, при наличии которых доступ к информации о деятельности полиции может быть ограничен. То есть допускается использование фото-, видео- и звукозаписывающей аппаратуры в случае отсутствия запрета на ее использование и соблюдение гражданских прав. Ответственность за нарушения данных положений наступает на основании нормативно правовых актов, регулирующих соответствующие отношения.

Также, любой гражданин, в том числе и сотрудник полиции, при нарушении его гражданского права на охрану своего изображения может обратиться в суд в установленном законом порядке.