Дискриминация полных женщин

”Я уверена и в себе, и в своей попе!” Победительница конкурса красоты среди полных: людям с лишним весом надо менять свою психологию

В нашу рубрику ”Слуховое окно” пришло несколько писем от полных женщин, которые жаловались на унижения со стороны более стройных граждан и даже просили принять закон о запрете дискриминации людей в теле. Наша собеседница — модель plus size и ”Мисс Россия — 2018” среди корпулентных дам Катерина Строгонова своими размерами гордится. Более того, она уверена: нет никакой дискриминации полных. На самом деле мужчинам такие женщины очень нравятся, а тот, кто думает иначе, просто имеет комплексы, которые надо устранять, пишет «МК-Эстония».

Мы встретились с Катериной в кафе. Она заказала официанту малокалорийный овощной салат с орешками и свежевыжатый сок. Если бы такой обед заказала худенькая девушка-модель, то мы бы не удивились. Но Катя — девушка не обычная, она зарабатывает на своих пышных формах. Неужели она, как и все современные барышни, тоже стремится похудеть?

– Нет, худеть я точно не хочу! — улыбнулась Катерина. — За время конкурса красоты в Москве потеряла четыре килограмма, но отнеслась к этому абсолютно нейтрально, без радости и без грусти. А вот если бы я похудела на 10 кг, то это было бы поводом для огорчения.

– Может быть, вы хотите еще пополнеть?

– Ни в коем случае! Вы поймите: модель рlus size — это не заплывшая жирком тушка. Для того чтобы сохранить красивые пропорции (сейчас у меня 110–82–112 при росте 170 см), нужно не сгонять килограммы, а работать в спортзале. Что касается еды, то я ем все, что мне нравится. По счастью, мне нравятся полезные продукты: овощи, фрукты, мед, орехи. Иногда могу с удовольствием съесть что-то калорийное, например, в Москве я съела хачапури. Но вообще-то я думаю, что полнота зависит не столько от еды, сколько от образа жизни. Полные люди обычно мало двигаются, в ”свет” не выходят, прогулок не любят и из-за этого набирают вес.

– А вас саму никогда не упрекали за лишний вес, не строили догадок, что ваша полнота — следствие неправильного образа жизни?

– Конечно, я тоже время от времени подвергаюсь подобным нападкам. Когда в журналах выходят интервью со мной — как с моделью большого размера — многие люди в комментариях пишут, что я жирная, что полнота — это уродство, что я пропагандирую нездоровую красоту и образ жизни. Меня эти слова абсолютно не задевают и уж точно не заставляют сидеть дома. Но буду справедливой — ровно 50% комментариев абсолютно другие по содержанию. Очень многие мужчины пишут, что я их идеал красоты. И мне тоже кажется, что я — красивая. Если бы я весила 150 кг, то еще могла бы задуматься о справедливости негативных комментариев в мой адрес, а так…

– Вы всегда чувствовали себя красавицей?

– Нет, ну что вы! В 2000-х годах, когда мне было 15 лет и в моде был героиновый шик и очень худые модели, я на какое-то время поверила, что я — толстая, раз так от них отличаюсь. Но это продолжалось недолго. Мальчики, а позже мужчины всегда проявляли ко мне повышенное внимание, поэтому очень быстро я пришла к мнению, что с моей фигурой не только все в порядке, а даже больше — я хороша собой. Правда, справедливости ради скажу: у меня никогда не было ”спасательного круга” на животе. Именно он, а не лишние килограммы, равномерно распределенные по телу, больше всего портят женскую фигуру.
И тут она сказала: ”У нее ж**а толстая!”

– В первый раз я создала семью очень рано — в 18 лет, и для мужа я была любовью с первого взгляда, — продолжает Катерина. — И даже после того, как родила дочку и за беременность набрала 20 килограммов, его все во мне устраивало. А раз так, то и меня тоже все продолжало в себе устраивать. Мой второй муж вообще любитель кустодиевской красоты, худые женщины для него не существуют. Да и вообще — вокруг полным-полно мужчин, которым нравятся женщины в теле. Но не все мужчины умеют правильно выразить свое восхищение, и, возможно, те слова, которые они подбирают для выражения своих чувств, некоторых полных женщин больно задевают. Недавно я была в Москве, во время завтрака ко мне подошел администратор ресторана и сказал: ”Вы хоть и толстушка, но такая крутая!” Ну да, он назвал меня толстушкой, ну и что? Я сама знаю, что я не худенькая. А вот восхищение в его голосе значило гораздо больше, чем слова!

В Италии, где я достаточно долго жила, я все время существовала в окружении восхищенных мужских взглядов. И со мной знакомились везде — не только на улице, но и на пляже, когда моя фигура не была прикрытой правильно подобранной одеждой.

– Так может, нашим мужчинам больше нравятся стройные женщины?

– Может это прозвучит не скромно, но я так не думаю! Я недавно была на радио, передача транслировалась через интернет, и слушатели могли не только слышать, но и видеть меня, а также другую участницу радиопередачи — худенькую модель, весьма красивую девушку. Одновременно проводился опрос слушателей, кто из нас им больше нравится, большинство мужчин звонили и высказывались в мою пользу. Так что не надо думать, что нашим мужчинам нравятся только худышки, это далеко не так! А вот некоторых стройных женщин такое внимание мужчин к полным дамам очень раздражает и даже обижает.

Вот недавний пример. Я шла по улице, навстречу мне — парочка. Увидев меня, мужчина развернулся и стал смотреть мне вслед. А его худенькая девушка, заметив такой интерес своего мужчины к полной женщине, страшно на это разозлилась и начала кричать на всю улицу: ”Что ты смотришь на нее, не видишь, что ли, что у нее ж**а толстая?” Мужчина игнорировал вопли своей спутницы и продолжал на меня смотреть. Не хочу сказать, что именно я его привлекла. Его привлекли формы, которые есть у многих полных женщин. Что касается меня, то слова девушки меня абсолютно не обидели, я в себе уверена и в своей попе тоже.

И еще один момент. Я заметила, что из-за современных стандартов красоты, согласно которым красивая женщина — это худая женщина, многие мужчины стесняются демонстрировать свой истинный вкус. Они либо встречаются с худыми девушками, хотя мечтают о полных, либо женятся на полных, но стесняются вывести свою полную жену в свет. Ну а как же — коллеги же не поймут, почему успешный сотрудник женился на полной даме. Впрочем, иногда мужчина не хочет появляться со своей полной подругой в обществе потому, что она себя просто запустила. Полнота и запускание себя — вещи абсолютно разные.

Фальшивая дискриминация

– Катя, признайтесь: полные женщины завидуют вашему успеху у мужчин?

– Скорее, они его не понимают. Они сами себя красивыми не считают, так как уверены: женщина не может считаться красивой, если у нее есть лишние килограммы. Поэтому полные женщины никак не могут понять, как так можно: иметь лишний вес и не убиваться из-за него, а, наоборот, чувствовать себя красивой, быть уверенной в себе. Знакомая моей мамы, довольно полная женщина, когда узнала о том, что я выиграла конкурс красоты, прокомментировала это так: ”Ну, умора какая-то!” Мне жаль тех женщин, которые из-за лишнего веса не чувствуют себя привлекательными и из-за этого не получают внимание от мужчин. Меня такая жизнь страшит.

– Как вам кажется, какая часть вашего тела больше всего привлекает мужское внимание?

– Это не часть тела, а пресловутая энергетика. У меня она есть. Энергетика не зависит от внешних параметров, она зависит от уверенности в себе, поэтому женщина должна себя любить. Правда, когда я пытаюсь внушить это полным женщинам, они меня не слышат! Они говорят, что мне просто повезло, что это планеты так встали, что я нравлюсь мужчинам, а обычно мужчины предпочитают худышек. Из-за этой неуверенности в себе, наличия кучи комплексов толстушкам часто кажется, что все над ними насмехаются, хотят побольнее уколоть.

А еще полные люди — прямо как дети — очень мнительны и обидчивы и в каждом слове, совете ищут повод для обиды. Если полной женщине рассказать о каком-то диетическом продукте, она решит, что это намек на ее пышные формы, а вот худая женщина примет эту информацию так, как надо. Более того: пока худая женщина начнет бегать по магазинам в поисках этого продукта, полная расскажет всем, как сильно ее в очередной раз обидели, намекнув на лишний вес, и чтобы убрать стресс, купит себе тортик. Конечно, так поступают далеко не все полные женщины, я сейчас просто обобщаю и даже немного преувеличиваю. Но в целом все именно так! Поэтому я и говорю: уверенность в себе очень важна, чтобы сначала не обижаться там, где не нужно, а затем не заедать обиду сладким и не увеличивать свой вес.

Я жалобам не верю!

– А как вы реагируете, когда полная женщина жалуется вам, что ей в очередной раз посоветовали меньше есть?

– Бестактность — это, конечно, плохо, но в целом я не поддержу разговоры о том, как ее обидели и не стану сочувствовать. Более того, я скажу: ”Вам действительно пора худеть!”

– Жестко!

– Если речь идет о человеке, который набрал вес из-за болезни или перенесенной операции, то это одно, таким я сочувствую. Но вот остальные полные дамы от меня сочувствия не дождутся. Если лишний вес им мешает, то есть делает их обидчивыми или влияет на здоровье, то его однозначно надо снижать. И для этого надо действительно меньше есть. Но полные женщины, как правило, считают, что они и так очень мало едят и во всем себя ограничивают.

Например, женщина может так рассказать мне о своем питании: ”С утра я съела всего один бутерброд с сыром, пока ехала на работу, нашла в сумке конфетку и съела ее, затем перекусила пакетом с сухофруктами, потом пошла на обед, затем снова перекусила и уж потом приступила к ужину. А перед сном я выпила чай с двумя маленькими печенюшками!” Но ведь это же уйма еды, уйма калорий. Но женщина уверена, что она в течение дня ”ничего не ела”. Простите, что я снова о себе, но я начала правильно питаться — то есть замечать абсолютно все, что тяну в рот, — лишь во время второй беременности. Я очень не хотела вновь набрать 20 килограммов и потому пошла к диетологу. В результате за девять месяцев я набрала всего четыре килограмма, из них 3500 весила моя вторая дочка.

– Вы думаете, что именно неправильный рацион вызывает лишний вес?

– Да, а также неумение себе отказывать. Внутри полного человека часто живет разбалованный ребенок, который привык получать все, что ему хочется. Хочет тортик — берет его, хочет пирожок — ест. И нет никакого внутреннего контроля. Недополученные эмоции также влияют на питание. Если женщина страдает от недостатка внимания, любви, она может получить эти эмоции, когда любит сама себя — то есть вкусно себя кормит, причем дает себе еду в больших количествах. Получается замкнутый круг. На полную и неуверенную в себе женщину, энергетика которой выключена, не смотрят мужчины, она переживает, кормит себя и еще больше полнеет. И третья причина болезненной полноты — малоподвижный образ жизни, так сказать, ”сидячая работа”. Я заметила, что многие бухгалтеры и финансовые работники имеют лишний вес. Но как раз у представителей этих профессий очень хорошо получается худеть, так как они быстро овладевают системой правильного питания.

Модель plus size

– Как вы попали в модели?

– Случайно! Когда я работала в Италии продавцом бутика Max Mara, руководство магазина предложило мне подработать еще и моделью, сфотографироваться в вещах этой фирмы. Я согласилась, потом посыпались еще заказы на фотосъемки одежды для женщин с большими размерами.

Главное условие — ее размер не должен быть ниже 42-го, больше — можно, меньше — нет. Но надо понимать: даже в этом бизнесе ”больше тела — не значит лучше”! К тому же даже большое тело должно быть подтянутым, а не дряблым. Сейчас все быстро меняется и в наших краях, с каждым днем модели plus size получают все больше заказов. Но, конечно, с Москвой этот бизнес несравним, там девушки больших размеров имеют работу каждый день — то фотосъемку, то показ одежды.

– Вы покупаете одежду, которая вас стройнит?

– Нет, я покупаю одежду, которая мне идет по многим параметрам. Если единственный плюс одежды в том, что она меня стройнит, я ее не куплю. Однако если одежда будет визуально прибавлять мне килограммы, то я ее тоже не куплю, даже если в остальном у наряда масса достоинств.

– Что полным женщинам следует выбросить из своего гардероба?

– Три их самые любимые вещи: черную одежду, облегающие свитерки и лосины. Лосины — это мрак и кошмар для полной женщины, но почему-то полные дамы очень любят эту часть гардероба, особенно вкупе с туникой. Обтягивающие вещи подчеркивают все несовершенства фигуры, так что о них надо забыть. Ну а черный цвет, хоть и стройнит, но часто просто не идет. К тому же он мрачный, к женщине, одетой во все черное, мужчины не потянутся.

– Какие еще ошибки совершают полные дамы?

– Они не носят платья и каблуки. Видимо, думают, что на них из-за полноты никто не будет смотреть, а значит, надо выбирать более удобную одежду. Но я призываю изменить мышление и надевать и платья, и красивую обувь на каблуке!

Суд признал незаконной дискриминацию «Аэрофлотом» полных стюардесс

Московский городской суд удовлетворил апелляционную жалобу стюардессы Ирины Иерусалимской и признал незаконным положение, согласно которому сотрудницы «Аэрофлота» должны носить определенный размер одеждыне более 46-го.

Иерусалимская изначально обжаловала действия авиакомпании в Тушинский районный суд, который в апреле отказался удовлетворить её иск (см. «Суд отклонил иск стюардессы к «Аэрофлоту» о дискриминации по внешности»). Помимо отмены дискриминационного требования, она также просила взыскать с авиакомпании 1 млн руб. компенсации морального вреда.

Мосгорсуд с позицией суда первой инстанции не согласился, отменил его решение и принял новое (дело № 33-34960/2017). Адвокат Ксения Михайличенко, представляющая интересы Иерусалимской и ее коллеги Евгении Магуриной, сообщила РБК, что суд признал неподлежащим к применению подпункт 7.1 требований «Аэрофлота» в части предъявления требований к размеру одежды. Помимо этого суд также присудил Магуриной 5000 руб. в качестве компенсации морального вреда и обязал авиакомпанию погасить перед ней задолженность по надбавке к зарплате.

Представители «Аэрофлота» сообщили изданию, что удовлетворены решением суда, который признал «отсутствие в деятельности компании дискриминационной составляющей». Окончательный вывод о необходимости внесения изменений в требования компании будет сделан после тщательного анализа решения суда.

Об исках Иерусалимской и Магуриной стало известно в феврале 2017 года. По словам последней, летом прошлого года в компании сменилась политика: согласно нововведениям в рейсы за границу будут выходить только стюардессы моложе 40 лет и носящие одежду не больше 46 размера. «Нас всех массово сфотографировали и измерили, некоторых даже взвешивали – делалось это под предлогом ребрендинга авиакомпании и заказа новой формы для сотрудников», – рассказывала она. По ее словам, несоответствующих данным критериям стюардесс также негласно определили в категорию СТС – «старые, толстые, страшные» (см. «Стюардессы подали в суд на «Аэрофлот» из-за дискриминации»).

Глава постоянной комиссии СПЧ по трудовым правам и социальному партнерству, президент Конфедерации труда России Борис Кравченко тогда назвал ситуацию со стюардессами «наихудшим примером дискриминации прав в трудовой сфере».

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).

COSMOPOLITAN

«Жируха, стыдись!»: кому помешали полные женщины

Отчего понятие « бодипозитив» все еще кажется многим из нас чужеродным? Почему нам не дает покоя лишний вес ( не свой , а чужой) и зачем мы с таким упоением занимаемся фэтшеймингом?

Фэтшейминг — это , по сути , травля людей с лишним ( или просто большим) весом: фэтшеймеры постоянно напоминают полным людям об их весе , публично обвиняют их в нежелании похудеть и открыто оскорбляют , называя « жиробасами», «толстыми свиньями» и «грудами сала». Причем объектом насмешек и оскорблений чаще всего оказываются женщины , а не мужчины. Это серьезная проблема. В современном мире фэтшейминг достиг таких масштабов , что в ответ появилось движение « Бодипозитив», главная цель которого — побудить людей принимать чужую внешность такой , какая она есть. Но , увы , в нашем обществе эта идея пока не находит отклика. Давай разберемся почему.

«Жир — это уродливо , я не хочу смотреть на это»

На самом деле нет. Жир не уродлив сам по себе , жир принято считать уродливым сейчас. При этом всем известно , что так было не всегда: мало кто не видел фигурки палеолитических Венер или репродукции полотен мастеров Высокого Возрождения. Наши личные критерии красивого и уродливого вовсе не являются личными , они базируются на представлениях общества о прекрасном , а прекрасное тело — это худое тело вот уже много десятилетий. Оно было или просто худым ( от Твигги к «героиновому шику»), или спортивным ( от супермоделей 90-х к современным фитоняшам), а вот полным не было. Но времена меняются: на подиумы стали выходить модели плюс сайз , актрис с пышными формами начали приглашать на главные роли , но общество все еще не готово это принять. Почему?

Потому что мы стали путать идеальные картинки с реальной жизнью. Вокруг нас слишком много визуальной информации — информации ненастоящей , придуманной: идеально выглаженные в фоторедакторах снимки , фильмы со спецэффектами. Мы очень часто видим красивое , настолько часто , что некоторые решили , будто у них есть право не видеть того , что они считают некрасивым. «Будь жирной , но не показывай никому свои фотографии , нам неприятно это видеть». А еще некоторым неприятно видеть полных людей в обтягивающей или открытой одежде: «Фу , прикройся». Но с какой , собственно , стати? Почему бы тогда не запретить разговаривать и смеяться людям с неправильным прикусом? А люди с искривленными или широкими носами пусть носят медицинские маски — в моде же тонкие прямые носы.

Но нет , только лишний вес является поводом открыто оскорблять людей и требовать , чтобы они не «выпячивали свои жиры». Потому что…

«Жирные просто ленивые «

Ленивые и безвольные люди , неспособные « просто взять себя в руки и похудеть». Приписав людям с большим весом грехи лени и чревоугодия , общество пошло дальше. Полные люди считаются глупыми и сталкиваются с дискриминацией в сферах образования и карьеры: если ты не глупый , то почему не сообразишь , как похудеть? Полнота также ассоциируется с плохой гигиеной: раз уж толстухе лень ходить в зал , то и мыться наверняка лень. Таким образом общество стигматизирует людей с большим весом , ставит на них клеймо. И это словно бы дает индульгенцию фэтшеймерам: они не просто оскорбляют и унижают людей , они обличают « страшные» пороки толстяков , а значит , совершают якобы хороший поступок. Кто , если не они , укажет этим жиробасам на то , что те неправильно живут?

И эта проблема — не только проблема лишнего веса. Это проблема общества , которое создает искусственные рамки — для того , чтобы был повод пинать тех , кто в них не вписался. И женщины — первые кандидаты на место вне рамок. Потому что « женщина должна». Должна быть красивой , обязана следить за собой и за фигурой — в первую очередь. Типичный патриархат , в котором нельзя быть негодным товаром , иначе станешь парией.

«Ожирение — это нездорово , эти люди больны!»

Откровенно лицемерное утверждение: никто , кроме неофитов от здорового образа жизни , не осуждает людей , которые не увлечены физкультурой. Никто не беспокоится о том , как часто посторонние люди делают флюорографию. Никто не хочет знать , как вредят своему здоровью курильщики и алкоголики — пока те не вторгаются в чужое пространство со своим вонючим дымом и пьяными дебошами. Никого не интересует , как давно сдавал анализ крови сосед по лестничной клетке и в каком состоянии его сосуды и суставы. А вот сосуды и суставы полных людей отчего-то интересуют всех. С какой , казалось бы , стати? Каждый заботится о своем здоровье сам , кому какое дело до чужого геморроя?

Дело очень простое: это не вопрос здоровья , это вопрос власти. Худые люди очень любят рассказывать толстым , как именно им нужно питаться , чтобы похудеть , как лечиться , чтобы похудеть , как двигаться , чтобы похудеть. Сам факт лишнего веса у полного человека словно бы превращает любого худого в строгую училку Марьиванну: «Сейчас я тебя , жиробас , научу жить правильно , а ты будешь слушать и слушаться. Ходите сюда , свиньи , я вам открою истину». Таким образом любой человек , неспособный достичь успеха в выбранной сфере деятельности , имеет возможность потешить чувство собственной важности , самоутвердиться за счет другого: я худой — значит , я успешнее толстяка , умнее и вообще лучше. Мне положена роль учителя и наставника. И чем агрессивнее фэтшеймер , тем выше вероятность того , что маленький размер одежды — единственное его жизненное достижение. Вполне вероятно , что просто генетическое.

Еще один важный момент — обвинение полных людей в пропаганде нездорового образа жизни: «На это смотрят наши дети! Они могут решить , что быть толстым — нормально!» Дети — это вообще универсальный щит , им можно прикрыть все что угодно. В том числе и собственное нежелание этих самых детей хоть как-то воспитывать. Потому что привычка к здоровому образу жизни как к норме воспитывается личным родительским примером. Но делать зарядку по утрам вместе с детьми — это слишком тяжело. Проще стигматизировать полных. Правда , некоторые полные все-таки тоже дети , а травить детей грешновато. Но зато можно травить их родителей , которые допустили такое. «Да , точно , это виноваты они , а вовсе не мы», — именно так и мыслят фэтшеймеры.

«Сами виноваты , как можно было так себя запустить!»

Вообще , чувство вины за вес как таковое навязывается людям с большим весом по умолчанию. Вопрос лишь в степени этой вины. Есть не очень виноватые — это те , кто располнел из-за проблем со здоровьем. По сети давно гуляет фейк о том , что таких людей якобы всего 5%. Это совершенно не так , но это прекрасный повод заклеймить всех полных вообще: вы просто разожрались и сами в этом виноваты! Это типичное обвинение жертвы. На самом деле , все понимают , что унижать других людей ради собственного удовольствия — это нехорошо. Но если сделать этих людей виноватыми , то вроде уже и можно. Они ведь сами выбрали для себя этот путь , они добровольно жирели , а значит , должны быть готовыми к роли изгоев. Кто не хочет быть униженными , тот не жрет в три горла. еще одна индульгенция: это не я был жесток , это меня спровоцировали , они сами этого хотели.

Вторая сторона этой медали — лицемерная жалость. За счет полного человека всегда можно побыть добреньким: я тебе расскажу , как плохо быть толстым , и сразу стану хорошим и заботливым добрым человеком. Благодари же меня! Кто тебе еще глаза откроет на то , как ты себя запустила?!

«Жирные не имеют права на счастье»

И вот тут фэтшейминг разворачивается своим уродливым лицом исключительно к нам , к женщинам. Потому что мужчина с лишним весом право на счастье имеет , а женщина — нет. При этом нападать на нее будут оба лагеря. И если мужчин с их ценным мнением на предмет « Я б не вдул!» можно игнорировать , то женщин игнорировать не получится. Потому что это вопрос иерархии в патриархальном обществе: ты жирная , а я — нет , значит , мой статус выше. Казалось бы , ну так и радуйся , ведь чем больше полных женщин , тем меньше конкуренция за статусных самцов , которые , естественно , предпочитают худых. Зачем травить неудачниц , они же тебе не конкурентки?

Все очень просто , вернемся в пункт 1: красиво то , что общество согласилось считать красивым. Если не травить толстых , завтра их , не приведи мироздание , могут и красивыми счесть. А это значит , что все блага , положенные красавицам , достанутся им , а не тебе. Потому что блага выдают статусные самцы.

Второй момент — идея о том , что счастье надо заслужить , желательно путем тяжкого труда и суровых ограничений. Годы пахать в спортзале и сидеть на куриной грудке с гречкой — и ради чего? Ради того , чтобы какая-то жируха , всю жизнь жующая тортики , получила тот же самый кусок счастья? Да с какой стати? Пусть сперва добьется!

Но дело тут вовсе не в том , что только толстые якобы не имеют права на счастье. Дело в том , что женщины не имеют права на счастье. Ни на какое счастье , кроме того , которое общество признало самым правильным: будь худой и красивой , привлекай внимание мужчин , отхвати себе самого правильного и никогда-никогда не толстей и не старей.

Если вдуматься , то жить в этой парадигме — большое несчастье. Для всех нас.