Расторжение договора оказание услуг в одностороннем порядке гк рф

Оглавление:

Заключен договор оказания услуг. Стороны договорились о возможности его расторжения заказчиком в любое время после заключения при условии компенсации исполнителю неустойки (штрафа). Заказчик расторг договор, но не оплатил предусмотренную неустойку. Вправе ли заказчик отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю только фактически понесенных им расходов в порядке п. 1 ст. 782 ГК РФ при том, что в договоре есть условие о возможности его расторжения заказчиком в любое время после заключения при условии выплаты исполнителю неустойки (штрафа)?

По данному вопросу мы придерживаемся следующей позиции:
Если условия договора позволяют квалифицировать указанную в вопросе сумму как сумму, упомянутую в п. 3 ст. 310 ГК РФ, то независимо от того, как она именуется в договоре, при отказе заказчика от исполнения договора возмездного оказания услуг он обязан уплатить исполнителю именно эту сумму, а не сумму, указанную в п. 1 ст. 782 ГК РФ.

Обоснование позиции:
Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов (п. 1 ст. 782 ГК РФ). До определенного времени суды, основываясь на правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 N 2715/10, исходили из того, что условие о возложении на заказчика обязанности по уплате штрафа в случае его одностороннего отказа от договора является недействительным.
Однако впоследствии в судебной практике сформировался подход, предполагающий, что приведенная норма должна пониматься, во-первых, как устанавливающая безусловное право заказчика на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг, которое не может быть исключено соглашением сторон, а во-вторых, как не исключающая права сторон согласовать в договоре иные последствия одностороннего отказа заказчика от договора (абзац третий п. 4 и абзац четвертый п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16).
Этот подход фактически был легализован путем внесения Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ, вступившим в силу с 01.06.2015, изменений в ст. 310 ГК РФ. Согласно п. 3 этой статьи (в редакции, действующей с указанной даты) предусмотренное ГК РФ, другим законом, иным правовым актом или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства.
По смыслу приведенной нормы упомянутая в ней денежная сумма, в отличие от неустойки, не является мерой ответственности за виновное поведение стороны договора (ст. 330 ГК РФ), поскольку основанием ее уплаты служит не нарушение договора, а реализация права на односторонний отказ от его исполнения (то есть надлежащее поведение стороны сделки, возможность которого предусмотрена условиями договора).
В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если эти правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
В связи с этим отметим, что в случае возникновения спора окончательное решение о квалификации приведенного в вопросе условия может принять только суд. В рамках же этой консультации мы можем лишь высказать собственную позицию по этому вопросу.
Разумеется, мы не можем исключить, что использование в формулировке приведенного в вопросе условия таких терминов, как «неустойка» или «штраф», может явиться основанием для оспаривания этого условия (в том числе на основе позиции, выраженной в упомянутом выше постановлении Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 N 2715/10). Однако, на наш взгляд, само по себе то обстоятельство, что сумма, которая в соответствии с условиями договора подлежит уплате контрагенту в связи с отказом стороны от исполнения договора, поименована в договоре неустойкой (штрафом), не свидетельствует о недействительности соответствующего условия договора. Если из содержания договора очевидно, что такая «неустойка» подлежит выплате не в связи с нарушением условий договора, а за реализацию стороной договора варианта поведения, предусмотренного договором, то подобная «неустойка», как нам представляется, в случае возникновения спора должна квалифицироваться в качестве суммы, упомянутой в п. 3 ст. 310 ГК РФ. Оснований для признания соответствующего условия недействительным в этом случае не имеется, и исполнитель вправе требовать от заказчика, отказавшегося от исполнения договора уплаты именно этой суммы, а не суммы, указанной в п. 1 ст. 782 ГК РФ. Аналогичный подход можно обнаружить и в судебной практике (постановления АС Северо-Кавказского округа от 04.03.2015 N Ф08-469/15, АС Московского округа от 06.11.2015 N Ф05-14758/15, от 09.11.2015 N Ф05-11570/15).

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Чашина Татьяна

Контроль качества ответа:
Рецензент службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Александров Алексей

16 декабря 2015 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.

Заказчик услуг уведомил исполнителя об одностороннем расторжении договора. С какого момента договор прекратит действие

Статьи по теме

Нередко возникают ситуации, когда одна из сторон вынуждена отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг. Законодательство допускает такую возможность, однако в судебной практике нет единообразия в решении вопроса о возможности сторон установить порядок расторжения.

Внимание! Вы находитесь на профессиональном сайте для судебных юристов. Для чтения статьи может потребоваться регистрация.

Гражданский кодекс РФ предоставляет право отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг как заказчику, так и исполнителю (ст. 782 ГК РФ). В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным (п. 3 ст. 450 ГК РФ).

В случае реализации такого права заказчик оплачивает исполнителю фактически понесенные последним расходы, а исполнитель полностью возмещает заказчику убытки (в том числе упущенную выгоду). Такое различие в объеме наложенных на заказчика и исполнителя обязанностей при отказе от исполнения договора породило дискуссию, а может ли такое неравенство быть устранено условиями самого договора. Проще говоря, являются указанные положения императивными или диспозитивными.

В связи с этим важно понять, как в условиях такого спора правильно определить момент расторжения договора возмездного оказания услуг при одностороннем отказе стороны от его исполнения.

Читайте также:

Полезные документы для судебных юристов

Суды склоняются к императивному характеру статьи 782 ГК РФ

К сожалению, дискуссия об императивном или диспозитивном характере положений ст. 782 ГК РФ продолжается не только на страницах научных изданий, но и в судебной практике, где единообразный подход по указанному вопросу до сих пор не сформирован.

Если исходить из того, что в ст. 782 ГК РФ закреплены императивные нормы права (постановление Президиума ВАС РФ от 07.09.2010 № 2715/10), то в случае реализации стороной предоставленного ей права на односторонний отказ от исполнения договора моментом расторжения договора признается дата получения другой стороной уведомления об этом.

К такому выводу часто приходят суды, рассматривающие соответствующие споры. Так, в постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 30.09.2013 по делу № А45-30644 /2012 суд указал, что моментом расторжения договора возмездного оказания услуг следует считать дату, когда сторона узнала или должна была узнать об одностороннем отказе другой стороны от исполнения договора. В другом деле суд пришел к выводу, что ст. 782 ГК РФ не устанавливает какого-либо предварительного порядка извещения другой стороны о намерении прекратить договор. Эта норма определяет лишь условия возникновения такого права, и рассматриваемое право не может быть ограничено никакими условиями договора (постановление ФАС Московского округа от 01.10.2013 по делу № А40-16046 /2013).

Аналогичный подход можно встретить и в ФАС Северо-Западного округа в постановлении от 30.08.2011 по делу № А56-4746 /2010 . Суд признал датой расторжения договора дату получения исполнителем соответствующего уведомления и указал, что п. 1 ст. 782 ГК РФ не предусматривает ограничений рассматриваемого права заказчика, в том числе «путем согласования сторонами особого порядка расторжения договора. Установление сторонами в договоре любых ограничений права заказчика на односторонний отказ от исполнения договора в любое время, предоставленное ему законом, является ничтожным на основании статьи 168 ГК РФ как противоречащее нормам п. 1 ст. 782 и п. 3 ст. 450 ГК РФ».

Позиция ВАС РФ по вопросу одностороннего отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг

Однако в постановлении от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах (далее — Постановление № 16) Пленум ВАС РФ привел следующие разъяснения.

Цитата: «Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 настоящего постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная. В таком случае отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 ГК РФ» (п. 4 Постановления № 16).

В том же п. 4 Постановления № 16 указано, что положения ст. 782 ГК РФ дают каждой из сторон договора возмездного оказания услуг право на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора и предусматривают неравное распределение между сторонами неблагоприятных последствий прекращения договора. Эта норма, по мнению Пленума ВАС РФ, не исключает возможность согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа от договора либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг.

В комментарии к Постановлению № 16 А. Г. Карапетов и Р. С. Бевзенко , указывают что «телеологическое толкование [нормы, изложенной в ст. 782 ГК РФ] не позволяет выявить убедительных аргументов, в силу которых она могла бы быть признана тотально императивной», а стороны должны иметь право установить «период предупреждения» (то есть установить, что заявление об отказе должно быть сделано не ранее, чем за тот или иной период до предполагаемого момента расторжения договора) 1 .

Актуальная судебная практика по одностороннему расторжению договора оказания услуг

Несмотря на это, актуальная судебная практика по вопросу одностороннего отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг зачастую придерживается противоположного подхода. В качестве примера можно привести следующее дело.

Между заказчиком и организатором был заключен договор, по условиям которого организатор принял на себя обязательства по выполнению авиационно-химических работ по химической обработке сельскохозяйственных культур на полях заказчика. По условиям договора, о времени прибытия самолета организатор должен был уведомить заказчика за день. Заказчик перечислил организатору авансовый платеж. Однако организатор работы не выполнил, а необходимость в их проведении у заказчика отпала. Поэтому он направил организатору соглашение о расторжении договора и потребовал вернуть авансовый платеж. Так как организатор никак не отреагировал, заказчик решил расторгнуть договор и вернуть денежные средства в судебном порядке.

Суд квалифицировал заключенный между сторонами договор как договор возмездного оказания услуг. Он указал, что ст. 310 ГК РФ не допускает односторонний отказ от исполнения обязательства, за исключением случаев, предусмотренных законом. К числу таких случаев относятся положения ст. 782 ГК РФ, в которых императивно закреплено право сторон на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг, а также то, что такое право не может быть ограничено соглашением сторон. Поэтому суды пришли к выводу, что договор считается расторгнутым с момента получения уведомления о его расторжении (постановление АС Центрального округа от 06.10.2014 по делу № А36-2242 /2013).

В договоре оказания услуг связи Правительство РФ допускает устанавливать период предупреждения

К договорам возмездного оказания услуг в числе прочих относятся договоры оказания услуг связи (п. 2 ст. 779 ГК РФ). Помимо ГК РФ такие услуги регулируются подзаконными нормативными актами Правительства РФ. Так, в постановлении от 10.09.2007 № 575 Правительство РФ утвердило Правила оказания телематических услуг связи, которыми установлено, что абонент вправе в любое время в одностороннем порядке расторгнуть договор при условии оплаты им понесенных оператором связи расходов по оказанию ему телематических услуг связи, а порядок одностороннего отказа от исполнения договора определяется договором (п. 46).

Таким образом, указанная норма подзаконного акта позволяет сторонам согласовывать особый порядок осуществления одностороннего отказа от договора. В связи с этим вызывает интерес вопрос о том, каким образом суды применяют ст. 782 ГК РФ в том случае, когда сторонами заключен договор возмездного оказания телематических услуг связи. Практика по таким делам немногочисленна, но встречается.

Приведу один из случаев, когда абонент заключил с оператором связи договор на оказание телематических услуг связи, а именно о предоставлении услуг доступа в интернет и услуг кабельного телевидения. Стороны определили тарифные планы услуг связи. В связи с выездом в командировку абонент обратился к оператору связи с заявлением о расторжении договора и возврате денежных средств, оставшихся на лицевом счете. В тот же день стороны подписали акт приема-передачи абонентской линии, переданной абоненту во временное пользование. Абонент посчитал, что договор расторгнут именно в этот день и обратился к оператору с требованием вернуть ему денежные средства за излишне оплаченные услуги. Однако компания эти требования не удовлетворила. После этого абонент обратился с жалобой в Роскомнадзор, который и привлек оператора к административной ответственности.

Надзорный орган посчитал, что оператор нарушил права и законные интересы абонента в части начисления оплаты за услуги связи после расторжения договора. Однако суды с такой позицией не согласились. Суд кассационной инстанции указал, что дата расторжения договора определена как дата истечения установленного договором 10-дневного срока с момента письменного заявления абонента о расторжении договора. Суд сослался на п. 3 ст. 453 ГК РФ, согласно которому заявление о расторжении договора не прекращает обязательств сторон, если иное не вытекает из соглашения (постановление ФАС Уральского округа от 30.10.2012 по делу № А71-3773 /2012).

Таким образом, поднятый вопрос способен затруднить оценку хозяйствующим субъектом рисков при одностороннем расторжении договора об оказании телематических услуг связи. Для крупных компаний, имеющих большой штат сотрудников, регулярно пользующихся интернетом, цена такого договора может быть достаточно внушительной. Интернет-провайдеры же, включая в типовой договор условие об их обязательном уведомлении об отказе от исполнения договора, могут не ограничиться 10-дневным сроком, а установить и более длительный срок.

Таким образом, их клиенты при намерении расторгнуть договор в одностороннем порядке не могут достоверно определить дату расторжения договора, если в нем установлен период предупреждения. В связи с этим могут возникнуть проблемы с определением суммы, которая должна быть уплачена абонентом за оказание услуг: из расчета до даты получения провайдером уведомления или до даты истечения периода предупреждения.

Аналогичное положение закреплено в п. 45 Правил оказания услуг связи для целей телевизионного вещания и (или) радиовещания (утв. постановлением Правительства РФ от 22.12.2006 № 785). Этот документ закрепляет, что в соответствующем договоре могут быть предусмотрены случаи и порядок одностороннего отказа сторон от исполнения договора.

Любопытно, что порядок оказания услуг телефонной связи, утвержденный постановлением Правительства РФ от 09.12.2014 № 1342, не содержит положения о допустимости согласования сторонами порядка осуществления права на односторонний отказ от исполнения соответствующего договора. Таким образом, следует признать, что подзаконные акты Правительства РФ не способствуют единообразию в судебной практике по рассматриваемому вопросу.

Потребитель не всегда может расторгнуть договор оказания услуг одним лишь уведомлением

Закон РФ от 07.02.1992 № 2300–1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон № 2300–1) устанавливает право потребителя отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время (ст. 32). Складывается ощущение, что с учетом общей направленности Закона № 2300–1 на защиту правового положения потребителя как слабой стороны договора такая формулировка запрещает устанавливать в потребительском договоре возмездного оказания услуг период предупреждения при расторжении договора по инициативе потребителя. Однако это не совсем так.

Например, Правительство РФ в постановлении от 18.07.2007 № 452 утвердило Правила оказания услуг по реализации туристского продукта. Пункт 13 этого документа относит к существенным условиям договора о реализации туристского продукта, заключаемого между туроператором и потребителем, условия изменения и расторжения договора о реализации туристского продукта. Как показывает практика, указанное положение способно сформировать представление судов о том, что оно ограничивает применение ст. 32 Закона № 2300- 1, даже несмотря на то, что п. 20 рассматриваемых Правил позволяет потребителю потребовать расторжения договора в связи с существенным изменением обстоятельств, к числу которых относятся изменение сроков совершения путешествия, болезнь потребителя и др.

Так, Октябрьский районный суд г. Ижевска рассматривал дело по иску физического лица, заключившего договор с туристической компанией и отказавшегося от его исполнения в аэропорту по причине гипертонического криза родственника, совместно с которым должно было быть совершено путешествие. Истец требовал взыскать с ответчика уплаченное вознаграждение за вычетом фактически произведенных туроператором расходов. Отказывая в иске, суд в числе прочего указал, что односторонний отказ туриста от исполнения договора лишает его возможности требовать от турагентства возврата суммы, уплаченной за тур, а истец не исполнил свои обязательства по договору, так как он не сообщил туроператору о хроническом заболевании родственника.

Этот судебный акт был отменен кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам ВС Удмуртской Республики от 25.01.2012 . При этом суд кассационной инстанции признал допустимой устную форму отказа от исполнения договора (информация о приступе была сообщена туроператору по телефону из аэропорта).

Представим себе, что такой договор содержит условие о том, что он будет считаться расторгнутым по истечении определенного срока с даты получения уведомления о расторжении. В таком случае туроператор получает право продолжить оказание уже невостребованных клиентом услуг до окончания периода предупреждения, что явно противоречит предоставленному потребителю праву в любое время отказаться от исполнения договора. Противоположное толкование, которому может способствовать положение, закрепленное в Правилах оказания услуг по реализации туристского продукта, не может не привести к злоупотреблениям со стороны недобросовестных туроператоров.

Практика судов общей юрисдикции

Однако практику применения судами общей юрисдикции ст. 32 Закона № 2300- 1 также нельзя назвать единообразной. Так, в определении от 24.07.2012 по делу № 4г/8–6215 Московский городской суд пришел к выводу о том, что, несмотря на то, что потребитель сделал заявление об одностороннем отказе от исполнения договора оказания услуг проводного радиовещания, такой договор не считается расторгнутым. Из текста судебного акта следует, что для расторжения договора потребителю следовало предоставить исполнителю заявление установленной формы на выключение радиоточки, паспорт, справку об отсутствии задолженности, квитанцию об оплате выключения радиоточки. Кроме того, суд указал, что на основании ст. 32 Закона № 2300–1 именно потребитель обязан был доказать оплату услуг связи по состоянию на день обращения с заявлением о расторжении договора.

Стоит отметить, что ни в ст. 32 Закона № 2300–1, ни в ст. 782 ГК РФ не закреплена обязанность потребителя (заказчика) осуществлять возмещение фактически произведенных исполнителем расходов до даты отказа от исполнения договора, что не помешало суду сделать соответствующий вывод. Такой вывод представляется достаточно спорным, так как возмещение заказчиком фактически произведенных исполнителем расходов предполагает их документальное подтверждение последним. Как заказчику определить размер таких расходов в отсутствие подтверждающих документов, непонятно.

Императивный характер норм о расторжении договора оказания услуг приведет к стабильности оборота

В завершение хотелось бы привести правовую позицию, изложенную в отказном определении Верховного суда РФ от 18.09.2014 по делу № А27-17274 /2013, которая как нельзя лучше иллюстрирует ситуацию, сложившуюся в правоприменении по рассматриваемому вопросу. Так, Верховный суд РФ указал, что пункт договора возмездного оказания услуг, устанавливающий порядок расторжения договора (речь в нем, правда, шла о неустойке за односторонний отказ), ничтожен. При этом суд, сославшись на п. 4 Постановления № 16, который прямо говорит о диспозитивном характере норм, закрепленных в ст. 782 ГК РФ, отметил, что стороны вправе согласовать в договоре возмездного оказания услуг такой порядок, но раз одна из сторон обжалует соответствующий пункт договора, согласие достигнуто не было.

Что касается последнего довода, то представляется, что он противоречит самому понятию договора, изложенному в п. 1 ст. 420 ГК РФ, поскольку тот факт, что сторона договора оспаривает какое-либо из его условий, сам по себе не может прекращать действие такого условия, так как ранее оно было установлено соглашением сторон.

Таким образом, как было показано, единообразия в решении вопроса о возможности сторон установить порядок расторжения договора возмездного оказания услуг не наблюдается не только в судебной практике в целом, но и в отдельном судебном акте Верховного суда РФ. В такой противоречивой ситуации практикующим юристам необходимо учитывать в своей работе невозможность предугадать, какую позицию займет суд при определении момента расторжения договора возмездного оказания услуг, и надеяться на то, что рано или поздно такие противоречия будут устранены либо законодателем, либо Верховным судом РФ путем соответствующих разъяснений.

Спор о диспозитивном или императивном характере норм

Также представляется необходимым поставить точку в споре о диспозитивном или императивном характере норм ст. 782 ГК РФ. При этом признание таких норм императивными, несмотря на некоторую нелогичность такого решения, создаст стабильность, столь необходимую обороту. В случае же их признания диспозитивными необходимо одновременно с этим в условиях общности правового регулирования гл. 39 ГК РФ договоров возмездного оказания различных видов услуг устанавливать различное толкование рассматриваемых норм для таких договоров.

Вполне возможно, что такие положения могут затруднить правоприменение и не сделают его более предсказуемым, так как п. 2 ст. 779 ГК РФ оставляет открытым перечень договоров возмездного оказания услуг, в связи с чем вряд ли любая из классификаций таких договоров будет носить исчерпывающий характер.

Плата за отказ от договора. Судебная практика включения в договоры условий одностороннего отказа

В настоящее время в предпринимательской деятельности существенно скорректирована процедура одностороннего отказа заказчика от договора возмездного оказания услуг в сторону соблюдения разумного баланса интересов обеих сторон такого договора. Из общего правила о праве заказчика на односторонний внесудебный немотивированный отказ от договора с компенсацией в пользу исполнителя только лишь фактически понесенных расходов на основании п. 1 ст. 782 ГК РФ появилось исключение. Теперь отказ может быть обусловлен необходимостью соблюдения определенного срока и выплатой компенсации исполнителю.

Данная правовая норма не исключает возможности согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа от договора (например, полное возмещение убытков при отказе от договора как со стороны исполнителя, так и со стороны заказчика) либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг, в частности односторонний отказ стороны от договора, исполнение которого связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлен необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.14 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Отрицательная судебная практика включения в договоры условий одностороннего отказа

Так, например, Президиум ВАС РФ в постановлении от 7.09.10 г. № 2715/10 указал, что по смыслу ст. 782 ГК РФ отказ заказчика от исполнения договора возмездного оказания услуг возможен в любое время — как до начала исполнения услуги, так и в любое время в момент ее оказания, а поскольку право сторон на односторонний отказ от договора возмездного оказания услуг императивно установлено ст. 782 ГК РФ, оно не может быть ограничено соглашением сторон, а установленные в нарушение данного запрета ограничения названного права являются недействительными на основании п. 1 ст. 422 и ст. 168 ГК РФ.

На практике исполнители услуг с целью компенсации своих имущественных потерь включают в договоры об оказании услуг с заказчиками разные условия отказа последних от исполнения договоров, и все такие условия суды ранее всегда признавали не соответствующими требованиям ст. 782 ГК РФ, например единовременная выплата, кратная стоимости услуг охраны за три последних истекших месяца, в договоре об оказании охранных услуг (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 30.09.09 г. по делу № А32-6548/2009), отступное (постановление ФАС Волго-Вятского округа от 9.06.06 г. по делу № А31-7745/2005–18), неустойка (постановление ФАС Волго-Вятского округа от 3.02.10 г. по делу № А82-3770/2009–8) и др.

В соответствии с правовой позицией Президиума ВАС РФ, изложенной в п. 2 информационного письма от 21.12.05 г. № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм ГК РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств», заказчик обязан оплатить исполнителю фактически понесенные расходы только лишь в случае, если они действительно были необходимы для оказания услуг по договору. Нижестоящие арбитражные суды придерживались аналогичной позиции (постановления ФАС Московского округа от 25.09.08 г. № КГ-А41/7966–08, ФАС Волго-Вятского округа от 1.10.07 г. № А43-50/2007-28-2 и др.).

Неудобство данной позиции для исполнителя связано с объективной сложностью доказывания факта и размера фактически понесенных им расходов, необходимых для исполнения принятых им на себя обязательств по договору возмездного оказания услуг. По смыслу п. 1 ст. 782 ГК РФ понесенные исполнителем расходы должны быть обусловлены его действиями по исполнению принятых обязательств по договору возмездного оказания услуг. В состав названных расходов, кроме того, не могут входить заработная плата работников, отчисления на социальные нужды, налоги, поскольку они являются законодательно закрепленными расходами организации и не могут включаться в расчет убытков, если эти расходы не связаны с исполнением обязательств по гражданской сделке (постановление ФАС Северо-Западного округа от 24.04.07 г. по делу № А56-16831/2006).

Заработная плата работников, уволенных по сокращению штатов, не может быть отнесена к фактическим расходам исполнителя по договору возмездного оказания услуг, поскольку сокращение численности штата работников произошло после расторжения договора, в то время как заказчик в случае отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг возмещает исполнителю только фактически понесенные расходы, т. е. расходы, совершенные в период действия договора (постановление ФАС Центрального округа от 19.01.06 г. № А35-11459/04-С9). Понесенные исполнителем расходы должны быть обусловлены его действиями по исполнению принятых обязательств по договору возмездного оказания услуг. Норма п. 1 ст. 782 ГК РФ как раз регулирует те случаи, когда исполнитель понес расходы в счет еще не оказанных услуг в связи с односторонним отказом заказчика от договора (постановление ФАС Северо-Западного округа от 24.04.07 г. по делу № А56-16831/2006).

Установленное в п. 1 ст. 782 ГК РФ регулирование отношений по одностороннему отказу от договора возмездного оказания услуг направлено на защиту прав и интересов заказчика, не нарушая при этом прав исполнителя, который может предъявить к возмещению свои фактически понесенные расходы, если сможет их документально подтвердить. На практике нередко встречаются ситуации, когда недобросовестные заказчики злоупотребляют своими правами — отказ от исполнения договора они используют с целью отказа от оплаты услуг исполнителя.

Например, по договору об оказании правовых услуг исполнитель принял на себя обязательство за плату по заданию заказчика выполнить для него претензионно-исковую работу с его оппонентом и взыскать с него долг, предприняв для этого все возможные меры, предусмотренные действующим законодательством РФ. В результате, получив подготовленную квалифицированными специалистами исполнителя претензию с четким изложением по существу всех существенных моментов со ссылками на нормативные правовые акты и судебную практику, исполнитель в полном объеме погашает свой долг. Поскольку заказчик в услугах исполнителя больше не нуждается, он от них отказывается на основании п. 1 ст. 782 ГК РФ.

В данной ситуации, когда искомый результат достигнут, но исполнитель, добросовестно исполнив свои обязательства по договору, получает не все причитающееся ему вознаграждение, на которое он рассчитывал, а только его часть, нарушается разумный баланс интересов участников гражданского оборота, что может стимулировать исполнителей к поиску иных форм договорного сотрудничества или увеличения базы своих фактических издержек для получения компенсации, что негативно может сказаться на гражданском обороте.

Новая судебная практика учета условий о компенсации за расторжение договора

Однако необходимо учитывать, что такая возможность действует только в отношениях между предпринимателями и при заключении соответствующих сделок гражданами между собой. Нельзя включить условие о компенсации за отказ от договора в соглашение с потребителем, поскольку оно будет расцениваться как ущемляющее его права, что влечет его недействительность (Апелляционное определение Московского городского суда от 26.11.15 г. по делу г. № 33–43296/2015).

Размер выплачиваемой компенсации стороны устанавливают по договоренности. В частности, это могут быть удержание аванса (постановление Арбитражного суда Московского округа от 9.11.15 г. № Ф05-11570/2015), часть оговоренной цены за реализуемые товары, работы или услуги (например, 50–60% от общей цены по договору) либо определенная расчетным путем часть общей стоимости (например, плата за три месяца оказания услуг при досрочном расторжении абонентского договора), невозвращаемый аванс (постановление ФАС Северо-Западного округа от 12.05.14 г. по делу № А56-1385/2013), полная оплата за неполный месяц оказания услуг (решение Арбитражного суда Псковской области от 30.01.15 г. по делу № А52-3591/2014), полная оплата за этап оказания услуг, если они были разбиты по этапам и отказ имел место в части исполнения одного из них (решение Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.15 г. по делу № А40-2765/15) и др.

Например, в договоре на оказание услуг общественного питания условие о компенсации услуг исполнителя может быть сформулировано следующим образом: «В случае отказа заказчика от исполнения договора менее чем за 7 дней до начала оказания услуг заказчик должен выплатить исполнителю 50% от стоимости услуг по договору. В других случаях отказа заказчика от исполнения договора заказчик должен выплатить исполнителю 20% от стоимости услуг по договору».

Установление в договоре возмездного оказания услуг условия о плате за односторонний отказ заказчика от договора соответствует конструкции отступного, закрепленного в ст. 409 ГК РФ, в силу которой по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного — уплатой денежных средств или передачей иного имущества. В данном случае уплатой определенной денежной суммы стороны прекращают свой договор; при этом соглашением сторон выступает изначально предусмотренное в договоре условие о платном отказе от него. Внесение платы за отказ от договора возможно как путем уплаты заказчиком соответствующей суммы, так и удержанием исполнителем уже внесенных ему денежных средств, либо предъявлением к зачету его встречных однородных требований.

При этом необходимо учитывать, что возможность прекращения договора возмездного оказания услуг не может быть обусловлена выплатой рассматриваемой компенсации, равно как и оплатой фактически понесенных расходов исполнителя, если стороны не оговорили компенсацию, поскольку договор в любом случае расторгается, что не лишает исполнителя возможности в дальнейшем взыскать причитающуюся ему компенсацию (Определение ВС РФ от 13.01.15 г. № 5-КГ14-139).

В договоре не может содержаться условие на запрет одностороннего отказа заказчика от него, поскольку стороны вправе только оговорить условия такого отказа или вообще не включать никаких правил на этот счет, допустив автоматическое применение к своим отношениям в такой ситуации общей нормы, содержащейся в п. 1 ст. 782 ГК РФ, но не могут его исключить. Закон не исключает возможности изменения условий и порядка реализации права на односторонний отказ по договору возмездного оказания услуг, но стороны лишены возможности вообще такое право исключить. Они также не могут обусловить право на отказ от договора внесением предварительной оплаты стоимости всех оказанных услуг, поскольку ее невнесение не является препятствием для реализации права заказчика на такой отказ.

Односторонний отказ заказчика от исполнения договора возмездного оказания услуг не прекращает обязательства заказчика оплатить исполнителю необходимые расходы, которые он понес в счет услуг, как оказанных, так еще и не оказанных, до момента одностороннего отказа заказчика от исполнения договора. Таким образом, расходы, понесенные исполнителем, могут быть оплачены заказчиком как до отказа от исполнения договора возмездного оказания услуг, так и после него, в том числе взысканы с заказчика в судебном порядке, на само право отказаться в одностороннем порядке от договора это не влияет (ответ на вопрос № 5 Обзора судебной практики Верховного суда РФ от 4.03.15 г. № 1 (2015).

Новая судебная практика учета условий о неустойке за расторжение договора

Суд также признает недопустимым установление платы за отказ от договора в размере полной стоимости всего вознаграждения по договору или большей его части, т. е. практически за весь период действия расторгаемого договора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 6.11.14 г. № Ф05-12254/14). Данное условие следует поместить в раздел об оплате, чтобы у суда в случае спора оно не ассоциировалось с мерой ответственности в отношении заказчика.

В этом случае к заявленной исполнителем сумме компенсации даже не будут применены положения ст. 333 ГК РФ о снижении неустойки в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушенного обязательства. Такое условие об ответственности за отказ от договора суд просто посчитает недействительным, поскольку отказ от договора в любом случае является правомерным действием, в то время как неустойку можно устанавливать только на случай нарушения обязательства (постановление ФАС Уральского округа от 2.06.14 г. № Ф09-2951/14).

Право заказчика на односторонний отказ от договора нельзя обеспечить неустойкой, поскольку заказчик может реализовать его в любой момент, хотя в судебной практике можно встретить подход, в силу которого в предпринимательской сфере отсутствуют основания для защиты интересов слабой стороны; при этом стороны договора свободны при выборе вида компенсации за отказ от договора (решение Арбитражного суда Свердловской области от 15.12.14 г. по делу № А60-44935/2014), поэтому они не лишены возможности согласовать неустойку на случай отказа от договора (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 5.04.16 г. № Ф01-618/2016). В этой ситуации неустойка, по сути, выполняет функцию отступного (постановление ФАС Северо-Западного округа от 19.02.14 г. № Ф07-10413/2013), хотя в судебной практике преобладает позиция о невозможности взыскания неустойки в случае одностороннего отказа от договора.

Неустойка имеет дуалистическую правовую природу, являясь способом обеспечения исполнения обязательств и одновременно мерой ответственности за его нарушение. В случае, когда право на односторонний отказ от договора изначально предусмотрено законом, его реализация всегда выступает правомерным действием, поэтому здесь нечего ни обеспечивать и не за что привлекать к ответственности (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 2.06.15 г. № Ф06-23363/2015).

Так, в одном деле суд указал, что согласование в договоре условия о неустойке, подлежащей взысканию с заказчика только исключительно за досрочное расторжение договора в одностороннем порядке, противоречит правовой природе неустойки как меры ответственности, применяемой за нарушение гражданских прав. Поскольку досрочное прекращение договорных отношений, когда таковое установлено законом или договором, само по себе не может быть квалифицировано как нарушение обязательства и как основание для возникновения у стороны обязанности нести ответственность за досрочное прекращение договора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 6.06.16 г. № Ф05-5662/2016).

На практике рассматривался случай, когда в заключенном договоре найма жилого помещения стороны предусмотрели, что при расторжении договора по инициативе наймодателя он обязан выплатить штраф в размере месячной ставки платы за проживание в квартире. Наймодатель воспользовался своим правом на расторжение договора, однако стороны подписали дополнительное соглашение, в котором зафиксировали, что он прекращается именно по указанному основанию.

В такой ситуации для нанимателя помимо необходимости обосновать правомерность взыскания неустойки за отказ от договора также необходимо было доказать, что у него вообще возникло право на ее получение. Это было связано с тем, что неустойку, как следовало из буквального содержания соответствующего условия договора, стороны согласовали именно на расторжение договора по инициативе наймодателя, что предполагает совершение им односторонней сделки. Заключение соглашения по этому поводу может быть расценено как согласованное волеизъявление сторон на прекращение договора, и указание на изначально имевшую место инициативу наймодателя не меняет ситуацию, притом что стороны в самом соглашении не оговорили право нанимателя на получение неустойки, определив тем самым порядок прекращения сотрудничества.

В защиту позиции нанимателя можно в рассматриваемой ситуации привести следующие аргументы. Неустойка была согласована за расторжение договора по инициативе наймодателя, что нашло отражение в тексте заключенного соглашения о прекращении договора. Стороны могли заключить его без включения в него условия об основании расторжения, однако они его указали и подписали документ без каких-либо возражений, тем самым признав изложенные в нем обстоятельства.

Поскольку неустойка установлена договором за его прекращение по инициативе наймодателя, не имеет принципиального значения, в какую форму стороны его облекли — заключение подписанного обеими сторонами соглашения вместо совершения наймодателем односторонней сделки. Оформление прекращения договора путем заключения двустороннего соглашения не меняет соответствующее основание в отличие от ситуации, если бы стороны подписали соглашение без включения в него такого условия, что свидетельствовало бы об отсутствии у нанимателя права на взыскание неустойки. Судебное разбирательство по указанному делу еще не завершено, можно строить только прогнозы, однако в любом случае участникам гражданского оборота в подобных случаях мы можем пожелать не создавать подобных спорных ситуаций, чтобы не усложнять себе жизнь.

В приведенном примере, поскольку наниматель был поставлен в известность наймодателем о его желании отказаться от договора, следовало не подписывать с ним никаких соглашений и дождаться получения уведомления. Кроме того, изначально при согласовании условий заключаемого договора в него ни в коем случае не следовало формулировать компенсацию за отказ от договора как неустойку, что вызывает сразу два вопроса: о правомерности и возможности ее снижения на основании ст. 333 ГК РФ. Для увеличения шансов на взыскание компенсации ее следует обозначить как отступное, поскольку доминирующей позицией в судебной практике является невозможность установления неустойки на случай отказа от договора об оказании услуг.

Возможность согласования сторонами договора об оказании услуг иного режима отказа от договора не означает правомерность установления санкции (постановления Арбитражного суда Московского округа от 1.12.14 г. по делу № А40-1860402/13-98-1626, ФАС Западно-Сибирского округа от 5.11.03 г. по делу № Ф04/5661–819/А67-2003), поэтому включать условие о компенсации за отказ от договора следует в раздел об оплате и формулировать именно как плату — компенсацию в виде части установленной цены.

Компенсацию за отказ от договора также нельзя формулировать в привязке к доходам, которые исполнитель мог бы получить, если бы заказчик не заявлял отказ, поскольку в этом случае у суда может возникнуть устойчивая ассоциация с упущенной выгодой, для взыскания которой исполнитель должен доказать ее факт и размер, вину заказчика, наличие прямой (непосредственной) причинно-следственной связи между поведением заказчика и причинением убытков исполнителю (постановление Арбитражного суда Московского округа от 6.11.14 г. по делу № А40-135254/13-110-664).

Сроки уведомления об отказе от договора

Однако, если заказчик располагает сведениями об иных адресах исполнителя, которые могут быть указаны в самом договоре об оказании услуг, на бланках исполнителя, на его сайте и в иных доступных источниках, уведомление следует отправлять по всем известным адресам, чтобы в случае спора заказчик мог доказать свою добросовестность и принятие всех разумных мер. В договоре об оказании услуг может быть закреплена возможность электронного документооборота. В такой ситуации заказчик сможет оперативно направить свое уведомление с гарантией того, что в момент отправки исполнитель его получит. В дальнейшем распечатку со своего электронного почтового ящика он сможет использовать как доказательство.

После получения уведомления об отказе заказчика от договора исполнитель уже не вправе претендовать на получение оплаты за свои услуги, поэтому, продолжая их оказание, он принимает на свой счет риск их неоплаты, поскольку понесенные после прекращения договора расходы после явно выраженного заказчиком намерения на его расторжение не подлежат компенсации (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 20.08.13 г. № А58-4973/2012), и заказчик не может быть принужден к оплате услуг, от которых отказался (решение Арбитражного суда Магаданской области от 15.05.15 г. по делу № А37-2134/2014).

При этом заказчик должен оплачивать только те услуги исполнителя, которые соответствуют условиям договора и обычно предъявляемым требованиям, поскольку из системного толкования ст. 309, п. 1 ст. 723 и ст. 783 ГК РФ следует отсутствие обязанности заказчика оплачивать некачественно оказанные ему услуги, приведшие к возникновению у него убытков (постановление Президиума ВАС РФ от 24.09.14 г. № 4593/13).

Исключение составляет случай, когда исполнитель может доказать, что услуги были приняты заказчиком и имели вследствие этого для него потребительскую ценность. Исполнителю недостаточно будет направить заказчику акт об оказанных услугах, подписанный со своей стороны, и ссылаться на то, что услуги были фактически приняты заказчиком без возражений, поскольку само по себе это обстоятельство не исключает обязанность исполнителя доказывать факт и объем оказанных услуг, их потребительскую ценность для заказчика (постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.10.14 г. по делу № А40-173317/13-13-142-1572).

Приведенная правовая позиция о праве сторон договора об оказании услуг установить компенсацию за отказ от договора в судебной практике толкуется расширительно и позволяет участникам гражданского оборота не только согласовать размер платы за отказ от договора, но и установить конкретный срок, который должен соблюсти заказчик, направляя уведомление, например за 30 дней до даты предполагаемого расторжения договора (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 28.04.15 г. № Ф09-21783/2013). Это особенно актуально для абонентских договоров с исполнением по требованию, где исполнитель вправе получать плату независимо от того, обращался к нему заказчик или нет (ст. 429.4 ГК РФ).

Для усиления аргументации исполнителя по поводу правомерности установления в договоре об оказании услуг определенного срока, обязательного для соблюдения права на односторонний отказ от договора, такое условие следует предусмотреть для обеих сторон, что будет свидетельствовать о его паритетности (решение Арбитражного суда Республики Карелия от 9.04.15 г. по делу № А26-272/2015). Такое договорное условие не противоречит закону и не будет ущемлять права сторон договора возмездного оказания услуг (решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.03.15 г. по делу № А07-24368/2014).

Также в договоре об оказании услуг в интересах исполнителя следует закрепить условие о том, что стоимость оказанных услуг может быть пересмотрена в сторону увеличения. Изначально в договоре она приводится в привязке к общему объему заказываемых услуг с указанием на ее увеличение в случае отказа заказчика от всего согласованного объема. Такой порядок определения цены не противоречит закону, поскольку менее высокая цена устанавливается исполнителем на весь объем услуг, что не лишает заказчика возможности выбрать интересующие его услуги и условия их оплаты.

Однако такое условие не может быть подразумеваемым, оно должно быть четко выражено в договоре, поскольку при его отсутствии в случае отказа заказчика от договора исполнитель будет не вправе поставить вопрос о лишении его предоставленной ранее скидки с общей цены услуг и потребовать уплаты образовавшейся суммовой разницы (постановление ФАС Поволжского округа от 20.02.14 г. по делу № А65-10908/2013).

Для юриста, оказывающего свои услуги на условиях абонентского правового обслуживания, важно учесть в договоре условие о выплате ему вознаграждения при досрочном отказе от него заказчика, чтобы иметь возможность компенсировать хотя бы часть неполученного дохода. Такой порядок с согласованием компенсации за отказ от договора применим также и к договорам поручения, на что обращается внимание в судебной практике (решение Забайкальского районного суда г. Новосибирска от 29.06.15 г. по делу № 2–1742/2015). Дополнительным аргументом в пользу юриста относительно действительности условия о компенсации за отказ от договора будет также частичное исполнение заказчиком данного условия, перечисление ему части денег, а против — его недобросовестное поведение, выразившееся в нарушении своих обязательств по договору.

Заказчик при расторжении договора с юристом, качество услуг которого его не устраивает, не обязан указывать в качестве основания виновные действия исполнителя, для оперативного прекращения договора он может использовать свое право на немотивированный отказ. В этом случае, если в договоре была предусмотрена компенсация в пользу исполнителя, суд примет во внимание, не был ли связан отказ от договора с допущенными исполнителем нарушениями, и откажет в ее взыскании, тем более если ее размер является чрезмерным, например 100% от стоимости услуг. Требование о взыскании такой суммы суд отклонит со ссылкой на недопустимость злоупотребления правом в соответствии со ст. 10 ГК РФ (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 7.07.16 г. № Ф02-2499/2016).

Во избежание необходимости приводить в случае спора доказательства в опровержение требования исполнителя о взыскании компенсации за отказ от договора заказчику помимо ссылки на п. 1 ст. 782 ГК РФ необходимо также обозначить конкретные нарушения со стороны исполнителя, которые послужили основанием для принятия заказчиком такого решения. Закон не исключает возможности указания заказчиком в своем уведомлении об отказе от договора не одного, а сразу нескольких оснований для такого действия. В этом случае, даже если исполнитель приведет аргументированные возражения относительно правомерности отказа заказчика от договора, то ссылка на п. 1 ст. 782 ГК РФ является вполне достаточной, чтобы снять все вопросы.